В 2002 г. впервые увидели свет Протоколы III съезда Коммунистической партии (большевиков) Украины, состоявшегося в далеком 1919 году. Учитывая, что книга ввиду малого тиража (500 экз.) сразу же стала библиографической редкостью, редакция “Комуніста України” предлагает вниманию читателей доклад (с некоторыми сокращениями) и резолюцию по одному из важнейших вопросов повестки дня съезда – о выработке первой в истории Советской Конституции Украины. Разумеется, оба документа отражают специфическую общественно-политическую ситуацию в республике первых послеоктябрьских лет и потому служат лишь материалом для их творческого осмысления исходя из реалий наших дней, но не неким образцом для подражания.

О выработке Конституции УССР

Из доклада наркома юстиции УССР А.И.ХМЕЛЬНИЦКОГО(См. прим. 1) на III съезде КП(б)У 3 марта 1919 года

Товарищи, в тот момент, когда мы ожидаем открытия III Всеукраинского съезда Советов(См. прим. 2), естественно, мы не можем не интересоваться вопросом о нашей конституции. Я позволю себе прежде всего изложить некоторые основные положения, которые относятся к Советской конституции. Дело в том, что мы, конечно, в самых основных, в самых общих положениях не можем особенно далеко уйти от того прототипа, того прообраза, который являет конституция нашей старшей сестры — Российской Советской Республики. Само собой разумеется, что самые общие основания, положения, которые легли в основу Российской советской конституции(См. прим. 3), — эти положения должны будут лечь в основу и того проекта конституции Украинской Социалистической Советской Республики, которые будут предложены на рассмотрение III Всеукраинского съезда Советов.

Каковы эти основные положения? Прежде всего, мы, конечно, должны отдать себе отчет в том, что мы должны понимать под словом конституция. Буржуазные ученые определяют обычно конституцию как основной закон, которым определяется государственная ступень страны и так называемые основные права граждан. Мы, коммунисты, в отличие от всех других партий, во-первых, ясно отдающие себе точный и полный отчет в классовом характере каждого государства, мы определяем конституцию несколько иначе. Для нас конституция – это тот закон страны, который закрепляет в общей форме господство за тем или другим классом: или за классом эксплуататоров, или за классом эксплуатируемых. Все конституции, какие до сего времени существовали в истории до 25 октября 1917 г., это были конституции экономически господствующих классов, это были такие законы, которые закрепляли господство или буржуазного, или помещичьего класса. И только первая в мире диктатура пролетариата, осуществившаяся впервые в Российской Советской республике, установила и закрепила конституцию пролетариата и беднейшего крестьянства, которая была принята на V Всероссийском съезде Советов 10 июля 1918 г.

Наша Конституция, по справедливому замечанию как буржуазных ученых, так и всех их подголосков из якобы социалистического лагеря, вроде Каутского, Гаазе и тому подобных меньшевиков, как российских, так и иностранных, эта конституция действительно представляет собой что-то невиданное, что-то неслыханное. Мы ниспровергли все основы, все начала, которых мы, однако, казалось бы, держались. Нам часто адресовались упреки в том, что те начала демократичности, которые были когда-то выставлены на нашем знамени, эти начала демократичности ниспровергнуты нашей Советской Конституцией. Совершенно справедливо! Но этому объяснение лежит в том, что мы, в отличие от этого неполного рода социалистов, умеем проводить различие между нашими достижениями, пределами диктатуры пролетариата и нашими пределами господства класса буржуазного.

Когда мы вырабатывали свою программу, так называемый минимум, мы в ней выставили, как свое крайнее, революционное, демократическое требование, требование о созыве Учредительного собрания и установления демократической республики.(См. прим. 4) А в настоящее время мы попрали и Учредительное собрание и демократическую республику, потому что демократичность была нашим крайним пожеланием в ту эпоху, когда существовало классовое господство буржуазии. Но мы сейчас перешагнули через демократичность, мы дошли до более высокой ступени государственного устройства. Этой более высокой ступенью является диктатура пролетариата. Когда нам приходилось бороться с классовой диктатурой буржуазии, которая отказывала пролетариату в признании политических прав, наше крайнее революционное требование было другое — об установлении так называемого полного равенства, ибо в свое время буржуазия монополизировала для себя политические права, и даже в тех государствах, которые осуществили у себя так называемую демократичность. На самом деле полностью формы равенства не было, ибо политические права в той или иной форме часто замаскировано, так или иначе, отнимались у пролетариата. Той формы политического равенства, равенства прав не существовало в буржуазных государствах. И вот мы вскрыли ту ложь, тот обман, в котором живут буржуазные государства, вскрыли маску каждого класса государства.

Мы предъявили буржуазному государству требования об осуществлении полной демократичности, полного равенства политических прав в пределах буржуазного государства. Но мы никогда не забывали о том, что установление полного равенства политических прав в пределах буржуазного государства не делает еще господства пролетариата, что и при полном равенстве политических прав государство сохраняет характер классовой диктатуры буржуазии до тех пор, пока коммунистическая революция, произведенная пролетариатом, не исторгнет государственного аппарата из рук буржуазии и не отдаст этот аппарат в руки пролетариата. Вот была программа нашего минимума. В настоящее время мы находимся как по ту сторону буржуазного мира, так и по ту сторону демократичности, которой буржуазный мир не успел осуществить и не успел довести до конца.

И в настоящее время, отрицая буржуазный мир, которому надлежит уйти в даль истории, мы отрицаем и демократичность.

Правда, с течением времени нам придется осуществить эту демократичность, но только тогда, когда диктатура пролетариата выполнит свое истинное предназначение и когда всеобщее будет единство трудящихся коммунистического общества, которое не будет делиться на классы. Вот тогда впервые осуществится единственная истинная демократичность, но это будет демократичность на основании коммунистического установления, а не на основе умирающего класса страны. Полной жизни демократичности быть не может, она может быть классом умирающим, разложившимся, и пока мы не добьемся диктатуры пролетариата, до тех пор не может быть демократичности – демократичности, истинно возродившейся во всей своей красоте, во всей своей силе.

...Тот принцип, который мы в настоящее время проводим, принцип отстранения господствующих классов от пользования какими бы то ни было политическими правами, от какого бы то ни было участия в осуществлении государственной власти, этот принцип сохранится и в коммунистическом обществе, и в конституции коммунистического общества в первый период его существования. Пока государство еще не исчезнет, эта конституция будет вполне совпадать с Конституцией Советской республики, с Конституцией республики, рассчитанной на приравнение диктатуры пролетариата.

Непосредственно мы иногда встречаем в нашей коммунистической литературе, вот, например, в проекте Программы Российской Коммунистической партии, мы встречаем положения очень неточные и не совсем правильно формулируемые, о том, что диктатура пролетариата заключается в отстранении господствующих классов от пользования политическими правами и предоставлении исключительного права участия в осуществлении государственной власти трудящимся массам. Это, мол, является временно рассчитанным на наиболее острый период гражданской войны. Когда он пройдет, тогда все те изъятия, которые устанавливались Советской Конституцией, сами собой отпадут. Нет. Тот принцип, которым проникнута Советская Конституция, принцип соглашения, например государственной власти, принадлежит только трудящимся и никакие политические права нетрудящимся не даются, этот принцип всецело сохранится и при коммунистическом строе.

И только разница между существующей конституцией и конституцией коммунистического строя будет сводиться к тому, что нынешняя конституция рассчитана на то, чтобы уничтожить существование нетрудящихся классов, между тем как осуществление коммунистического строя не предполагает существования нетрудящихся классов, но так или иначе и сейчас, и в дальнейшем, при коммунистическом строе, конституция допускает отправление государственной власти исключительно трудящимися. Но для того чтобы могло создаться коммунистическое общество, для того чтобы можно было уничтожить деление на классы, для этого именно и необходимо в Советской Конституции проводить принцип полного отлучения экономически господствующих классов от каких бы то ни было политических прав. Этим наша Советская Конституция, как небо от земли, отличается от всех конституций, которые существовали при буржуазном строе.

...В то время, как диктатура господствующих классов вырабатывала свои наиболее совершенные формы правления в виде парламентаризма, в котором власть принадлежит парламенту при ответственном или более или менее безответственном правительстве, которое в настоящее время превратилось в игрушку в руках банкиров и кучки помещиков, классовая организация и классовая диктатура трудящихся должна вылиться в какую-нибудь иную форму. Этой иной формой являются Советы, которые выбираются производственным объединением и, с некоторыми вариациями, выбираются красноармейскими частями и селянами. Но основной формой классовой организации трудящихся и, в частности, основной формой классовой диктатуры трудящихся коммунистической республики является форма Советской власти.

Советы являются по самой своей сущности организациями, стоящими в непосредственной связи с данной массой трудящихся, объединенных по производственным ячейкам, и во всяком случае ближе стоящими к представляемым ими трудовым массам, нежели к каким-угодно буржуазным учреждениям, будь то парламент, земство или городская дума, которые всегда избираются на определенный территориальный округ, а не выбираются по производственным трудовым объединениям. Уже в силу этого Советы рабочих, солдатских и селянских депутатов должны явиться основной классовой боевой организацией трудящихся и эти-то классовые организации трудящихся должны были явиться ячейками и того государственного устройства, в котором первенство принадлежит трудящемуся классу.

…Тут нельзя не вспомнить о том, что в свое время, когда мы конструировали Советскую власть, мы противополагали Советской власти парламентаризм. Мы указывали, что Советская республика не должна быть копией парламентарной республики, при которой власть в стране оторвана от широких масс. Парламент заседает в центре и разделяет часть своей власти с министрами, которые имеют определенные функции. Мы указывали на то, что необходимо создать такой орган, который был бы органом и законодательным, и административным, чтобы управление страной не носило характера бюрократической диктатуры…

О выработке Конституции УССР

Резолюция III съезда КП(б)У, принятая 3 марта 1919 г.(См. прим. 5)

1. III Всеукраинский съезд Коммунистической партии Украины, обсудив вопрос о выработке Конституции УССР, признает необходимым принять в общем и целом Конституцию Российской Социалистической Федеративной Советской Республики, допуская ее изменения в зависимости от местных условий.

2. III съезд КПУ поручает ЦК партии провести через съезд Советов следующее решение: съезд Советов поручает ЦИК войти в сношение с братскими советскими республиками по вопросу установления взаимоотношений.

Примечания:
  1. Хмельницкий Александр Исаакович (1889 – 1919) – член Коммунистической партии с 1917 г. С июня 1917 г. – председатель Одесского комитета РСДРП(б). В 1919 г. – член ЦК КП(б)У, член Президиума ВУЦИК, нарком юстиции УССР.
  2. III Всеукраинский съезд Советов состоялся 6 – 10 марта 1919 г. в Харькове. 10 марта съезд Советов утвердил в целом первую Конституцию УССР и передал ее для окончательного редактирования комиссии ВУЦИК. 14 марта 1919 г. Всеукраинский ЦИК принял в окончательной редакции Конституцию Украинской Социалистической Советской Республики.
  3. Конституция РСФСР была утверждена 10 июля 1918 г. V Всероссийским съездом Советов.
  4. Имеется в виду Программа Российской социал-демократической рабочей партии, принятая II съездом РСДРП в 1903 г. Программа состояла из двух частей – программы-максимум, где говорилось о конечной цели партии, и программы-минимум, где говорилось о ближайших задачах партии.
  5. Из выступления на III съезде КП(б)У, состоявшегося 1 – 6 марта 1919 г. в Харькове, представителя ЦК РКП(б) – члена ЦК партии, Председателя Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Я.М.Свердлова следует, что вначале съезду был предложен проект “самостоятельной Украинской конституции, отличной от конституции Российской республики”. Отметив “тождество задач, стоящих перед обеими республиками: Украинской и Российской”, Я.М.Свердлов сказал: “…Рациональнее было бы… вместо самостоятельной конституции Украинской республики принять, хотя бы с поправками, конституцию Советской России, которая превратилась по своему глубокому значению в международную и на которой учится теперь весь мировой пролетариат” (см.: Третій з’їзд Комуністичної партії (більшовиків) України. 1 – 6 березня 1919 року. Протоколи, с. 91). Предложение Я.М.Свердлова было принято делегатами.