Петр СИМОНЕНКО (первый секретарь Центрального Комитета Коммунистической партии Украины, руководитель фракции КПУ в Верховной Раде Украины). Дорогие товарищи по международному коммунистическому движению! Уважаемые представители украинской науки! Приветствую вас от имени Коммунистической партии Украины и нашей фракции в национальном парламенте. Позвольте выразить искреннюю признательность за то, что вы откликнулись на приглашение обсудить за “круглым столом” один из важнейших вопросов современности.

Встречи представителей наших партий — двусторонние и многосторонние — стали традиционными. Мы бываем друг у друга в качестве гостей партийных съездов, сообща обсуждаем различные проблемы на международных конференциях, совещаниях, семинарах, “круглых столах” коммунистических и рабочих партий. Такие мероприятия проходили в последнее десятилетие в Греции, на Кипре, в России, Чехии, других странах. И вот теперь Коммунистическая партия Украины взяла на себя, впервые в своей истории, роль инициатора, организатора и хозяина международной встречи представителей братских партий. Для нашей партии это большая честь.

Говоря о евроинтеграции, все мы прекрасно понимаем, что речь идет прежде всего о Европейском Союзе и Североатлантическом альянсе. Здесь представлены партии ряда стран, являющихся членами этих организаций, и всем нам будет полезно услышать оценки ими перемен в их странах, вызванных вступлением в ЕС и НАТО.

Также представлены партии ряда стран, не входящих в ЕС и НАТО. Одна из них — Украина. В среде политиков и в целом в украинском обществе существуют разные точки зрения на евроинтеграцию, ведутся острые споры. Приглашая вас к разговору о позитивах и негативах евроинтеграции, мы, коммунисты Украины, исходили из необходимости еще раз взвесить все “за” и “против” при выработке позиции партии относительно целесообразности вхождения нашей страны в Евросоюз и НАТО. Полагаю, что и наши гости хотят извлечь такую же пользу для себя из предстоящего обсуждения.

Особо хочу приветствовать представителей компартий России, Белоруссии и Молдовы. У наших народов общая история, до недавнего времени наши государства были субъектами единой Советской федерации. В результате распада СССР существовавшие между нами экономические, культурные, духовные связи разрушены, но, к счастью, не полностью. Компартии наших стран считают, что эти связи следует восстановить и всемерно укреплять. Разумеется, с учетом новой ситуации на постсоветском пространстве. А следовательно, вопрос о том, как относиться к ЕС и НАТО, наши партии должны решать, по нашему мнению, согласованно, советуясь друг с другом.

За полтора десятилетия независимости, фактически ставшими периодом возврата от социализма к капитализму, Украина испытала и продолжает испытывать колоссальные трудности во всех сферах жизни общества. Имеет место экономический кризис. Тревогу вызывают уменьшение численности населения, рост безработицы, удручающая бедность большинства народа на фоне растущего богатства “новых украинцев”, ухудшение состояния здоровья народа, рост преступности и другие негативные явления.

В сложившихся неблагоприятных условиях многие граждане, и прежде всего молодежь, обращают взоры на Запад, где уровень жизни значительно выше, чем у нас. Происходит значительный отток рабочей силы в страны зарубежной Европы. Многие, хотя далеко не все, считают, что если бы Украина вступила в Евросоюз и Североатлантический альянс, то народ вскоре стал бы жить лучше, как на Западе. Такова и позиция официального Киева. Нынешняя власть, как и ее предшественница, утверждает, что у Украины есть только европейский выбор, что страна непременно должна стать членом ЕС и НАТО, и делает все для реализации этой цели.

Однако многим украинским политикам и ученым такая перспектива представляется не столь радужной. Если говорить о военно-политическом блоке НАТО, то вступление в него, по мнению многих, не просто разрушит до основания наш военно-промышленный комплекс, но и вызовет появление десятков тысяч безработных. Если говорить о ЕС, то вступление в него поставит в трудное положение отечественного производителя, дестабилизирует наш внутренний рынок. Иными словами, во весь рост встал вопрос: евроинтеграция в виде ЕС и НАТО — это благо для Украины или форма закабаления нашей страны государствами, которые сегодня более развиты, чем мы?

Таким образом, уважаемые товарищи, даже беглый взгляд на проблему указывает на ее сложность, неоднозначность, на необходимость очень серьезной, всесторонней проработки. И мы надеемся, что откровенный разговор за “круглым столом” поможет всем нам глубже понять проблему евроинтеграции.

Если не возражаете, далее поведет заседание “круглого стола” член Президиума ЦК нашей партии, депутат парламента, известный ученый-социолог Николай Александрович Шульга.

Спасибо за внимание.

Николай ШУЛЬГА (член Президиума Центрального Комитета Коммунистической партии Украины, первый заместитель председателя Комитета Верховной Рады Украины по вопросам прав человека, национальных меньшинств и межнациональных отношений, доктор социологических наук, профессор). Уважаемые товарищи, коллеги! Порядок дня у вас есть, давайте будем его придерживаться: выступление — до 10 минут, вопросы и ответы на них — до 3 минут. Но и не будем заорганизовывать нашу работу. Кто желает выступить или задать вопрос, внести предложение, — поднимайте руку, и я предоставлю слово. Пока вы собираетесь с мыслями, разрешите мне выступить первому.

Тема европейской интеграции чрезвычайно обширна. По крайней мере, она включает внутриполитический, внешнеполитический, геополитический, экономический, социокультурный аспекты. В своем выступлении я остановлюсь, прежде всего, на внутриполитическом аспекте этой проблемы. В частности, я хотел бы показать, как воспринимается идея интеграции страны в Европейский Союз и в НАТО различными социальными и социально-культурными группами, а также региональными группами населения Украины. Такая информация даст возможность более конкретно рассматривать обсуждаемую нами проблему и представлять ее не только гипотетически, но и с учетом общественного мнения населения Украины.

Я буду опираться на данные социологического мониторинга, который проводит Институт социологии Национальной академии наук Украины. Вопросы, касающиеся отношения граждан Украины к перспективе вступления в ЕС и НАТО, охватывают 2000 — 2005 годы. Можно сказать, от Ющенко до Ющенко — от Ющенко-премьера до Ющенко-президента.

Сначала об отношении населения к вступлению в ЕС.

Сама идея вступления в Евросоюз в последние 7 — 8 лет постоянно присутствует в политической риторике украинской элиты. В этой теме можно выделить такие аспекты:

• во-первых, евроинтеграция является той идеей, которую активно пропагандируют правые и центристские партии;
• во-вторых, эта тема в украинском контексте звучит как тема противопоставления интеграции европейской интеграции на постсоветском пространстве в разных вариантах;
• в-третьих, евроинтеграция преподносится главным образом как средство, применив которое можно решить все наши, украинские, внутренние проблемы, как благо, как своего рода чудо. Проблемы, негативные последствия и угрозы, которые могут возникнуть в связи с возможной интеграцией страны в ЕС, либо не рассматриваются, либо обсуждаются приглушенно, находятся в тени, на периферии сознания. Это не значит, что о них не говорят на уровне экспертов. Я веду речь о том, как эта тема предстает в общественном сознании, в общественном мнении.

В подтверждение этих слов приведу данные общеукраинских социологических опросов.

В 2000 году 56% опрошенных заявили, что они положительно относятся к присоединению Украины к ЕС, 1% — отрицательно и 34% — не определились.

За шесть лет проявилась тенденция постепенных изменений, более трезвого подхода к проблеме. В 2004 году тех, кто положительно относился к вступлению в ЕС, было 48%, то есть меньше, чем 2000 году. Даже президентские выборы 2004 года не изменили эту тенденцию: поддерживающих вступление в ЕС в 2005 году было 47%.

Число противников присоединения возрастало — с 1% в 2000 году до 20% в 2005 году.

Это позволяет сделать первый вывод: чем больше люди узнают о том, что собой конкретно представляет ЕС, тем меньше становится его сторонников и больше противников.

Однако проблема вступления Украины в ЕС является значительно более сложной, если ее рассмотреть под углом зрения региональных различий. К вступлению в ЕС положительно отнеслись в 2000 году 65% на западе, 51% на востоке и 58% в центре страны. Разница между востоком и западом составляла 14%. Но к 2005 году, особенно после президентских выборов, региональные различия существенно возросли. Так, в 2005 году на западе положительно к ЕС относились 71% респондентов, а на востоке только 33%, то есть разрыв достиг двукратного значения. Разница между регионами увеличилась за счет роста сторонников ЕС на западе и падения — на востоке.

Это позволяет сделать второй вывод: интеграция с ЕС выступает фактором дезинтеграции Украины, угрожает территориальным расколом страны.

Существенные различия по отношению к вступлению Украины в ЕС проявляют не только территориальные группы. Так, заметно отличаются отношением к вступлению в ЕС украинцы и русские. В 2005 году положительно относились к вступлению 51% украинцев и только 32% русских. А отрицательно — 32% русских и 17% украинцев.

Вывод третий: вступление в ЕС угрожает межэтническим отношениям в стране.

По-разному относятся к вступлению страны в ЕС и представители разных конфессий.

Наиболее позитивно настроены на вступление в ЕС греко-католики — 73% и католики — 69%. У атеистов этот показатель равен 44%, у православных и мусульман — по 45%. Как видим, и по конфессиональным группам различия являются очень заметными.

Необходимо также указать на различия между возрастными и образовательными группами. Здесь тенденции таковы — более старшие и менее образованные меньше ориентируются на вступление Украины в ЕС.

Отдельная тема — отношение к данной проблеме элитных групп и населения. Они существенно различаются. В СМИ наиболее заметно присутствуют элитные группы проевропейской направленности. Но это отдельная тема, которую я сейчас развертывать не буду.

Таким образом, в отношении вступления Украины в ЕС у населения Украины не выработался единый подход. Существуют значительные расхождения в общественном мнении региональных, возрастных, образовательных, этнических, языковых и конфессиональных групп, которые создают риски и угрозы национальной безопасности страны.

Теперь об отношении к вступлению Украины в НАТО.

В целом у населения преобладают негативные настроения по отношению к вступлению в НАТО. В 2000 году респондентов, позитивно относящихся к такой перспективе, было 25%. Противников же было 33,5%, остальные 41,5% по этому вопросу не определились.

За последующие шесть лет ситуация стала немного уточняться, хотя число неопределившихся оставалось довольно большим — чуть больше 40%. Но выборы 2004 года заставили население более определенно высказываться по ряду геополитических и цивилизационных вопросов. В 2005 году противников НАТО в Украине уже стало больше половины населения — 50,5%. Количество неопределившихся сократилось до трети населения — 34,5%, а число сторонников вступления в Североатлантический альянс сократилось до 15%.

Различие мнений социальных групп по этому вопросу также чрезвычайно велико.

Особенно сильный разброс мнений по отношению к НАТО по регионам. Так, в 2005 году на востоке страны респондентов, отрицательно относящихся к вступлению в альянс, было в три раза больше, чем на западе — 75% и 25% соответственно. А положительно настроенных на западе было 30%, а на востоке 4,5%, то есть в шесть с лишним раз больше.

Заметен и возрастной разброс мнений, но он не настолько разителен. Так, в возрастной группе до 30 лет противников НАТО в текущем году 50%, а в группе старше 55 лет — 55%.

В образовательных группах колебания мнений тоже в пределах 5%. Правда, отличается одна группа — с неполным высшим образованием, то есть в основном студенты. Среди них противников вступления в НАТО на 10% меньше, чем в среднем по образовательным группам, или на 13% меньше, чем у людей с начальным образованием, на 11% меньше, чем у людей с высшим образованием.

Более четко заявляют свое негативное отношение к НАТО русские — 70%, в то время как украинцев с таким мнением только 45%.

Следует также обратить внимание и на различие мнений в этом вопросе конфессиональных групп. Только одна группа верующих в Украине насчитывает треть положительно настроенных на вступление в НАТО — это греко-католики (36%). Все остальные группы верующих значительно отличаются своим мнением по этому вопросу — 10 — 15%.

Следовательно, в отношении вступления Украины в НАТО разброс мнений значительно меньше, чем в отношении ЕС.

Это важно подчеркнуть особо, так как нынешняя правящая элита будет пытаться реализовать идею вступления в НАТО значительно раньше, чем вступления в ЕС. Здесь нашим кормчим надо помнить о том, что разброс мнений в этом вопросе между гражданами значительно меньше, чем по отношению к вступлению в ЕС. И активные действия со стороны правительства могут натолкнуться на активное сопротивление общества.

Спасибо вам за внимание!

Вопросы, может быть, есть?

Участник “круглого стола” (не представился). Я просто хочу знать цифры: сколько русских и сколько украинцев живет в Украине?

Николай ШУЛЬГА. По переписи 2001 года, в Украине проживает 37 миллионов украинцев и 8 миллионов русских.

Нет вопросов больше?

Слово просит представитель Социалистической партии Латвии Анатолий Пешехонов. Пожалуйста.

Анатолий ПЕШЕХОНОВ (кандидат в члены Политсовета Центрального Комитета Социалистической партии Латвии). Добрый день, товарищи! Я работал в Европарламенте, а сейчас работаю во фракции нашего парламента латвийского. Кандидат юридических наук.

Скоро год, как Латвия стала членом Европейского Союза и НАТО, и 15 лет, как мы независимое государство. Это был долгий путь, пока мы пришли вот к той жизни, о которой я расскажу.

Как вы знаете, Латвия в СССР была одной из наиболее развитых республик. Была у нас автомобильная промышленность, выпускали микроавтобусы “Латвия”. Была электронная. Легкую обувь производили из кожи своего скота — коров и свиней. Я уже не говорю о пищевой промышленности. Мясо и масло мы отправляли напрямую в Москву и Ленинград.

Теперь почти ничего этого нет. На чем же держится наша экономика? Это торговля, транспорт и связь. Но, как вы знаете, на внутренних услугах и на торговле экономика не может долго продержаться — нужно что-то фундаментальное. Чего же добились мы, вступив в Европейский Союз?

Латвия — самая бедная страна Европейского Союза. Уровень зарплаты у нас в 10 раз ниже, чем в среднем в Европейском Союзе, а цены только в 2 раза ниже. Но цены мы скоро выровняем, есть такая тенденция: инфляция в прошлом году была 6,2 процента, в этом году — 6, и не предвидится, что она будет ниже. А вот зарплаты и пенсии, конечно, не достигнут европейского уровня.

Сейчас у нас прожиточный минимум — 144 евро, минимальная пенсия — 73 евро, почти столько же в других странах, которые недавно вступили в Европейский Союз, — Польше, Словении, Эстонии, Венгрии и Словакии. А в Дании минимальная пенсия составляет 826 евро, в Люксембурге — 1260 евро. В старых странах Европейского Союза существуют, кроме того, разные льготы: добавки одиноким пенсионерам, освобождение от налогов, доплаты для коммунальных платежей и так далее. И это решает каждая страна для своих граждан самостоятельно. А до этого она должна внести в европейский бюджет свой вклад — отдать три процента ВВП. А после этого, может быть, что-то она получит за счет финансирования через структурные фонды. Недолгая практика показывает, что наши отсталые регионы получают, в лучшем случае, 30 процентов от представленных проектов.

Европейский Союз провозглашает свободное движение рабочей силы. Что на практике получается? Наши рабочие, со своими зарплатами, поехали в Швецию строить школы и жилые дома. Шведские профсоюзы, со своими зарплатами, которые значительно выше, фактически прикрыли этот бизнес. И вот сегодня пришло сообщение о том, что разработан проект европейского “регула” о том, чтобы прекратить возможность какой-то миграции рабочих из одной страны в другую.

Сейчас у нас в Латвии назревает скандал относительно сверхнормативных запасов сельхозпродукции. Есть запасы сахара, мяса скота, мяса птицы. Европейский Союз в лице своей комиссии подготовил предписание ликвидировать эти запасы, а также уплатить штраф порядка 30 миллионов евро. В итоге не будет ни продуктов, ну и еще наложен штраф. Правда, за неиспользование сельскохозяйственной земли крестьянам платят деньги. Хоть и небольшие, но платят. Но это для того, чтобы они не переехали в города и чтобы не умерли с голоду.

Что дает, в итоге, Европейский Союз простым гражданам? Да, можно путешествовать спокойно, без визы по всем странам Европейского Союза. Но для этого нужна самая малость — деньги. Но, как вы понимаете, с такими доходами, как у нас, не попутешествуешь.

Чего, учитывая наш опыт, могла бы добиться Украина? Того, что у нее будет уничтожена промышленность. Ведь кому нужны, допустим, во Франции, Германии или в Люксембурге лишние конкуренты в производстве угля и стали? Что будет с сельским хозяйством? Сельхозпродукция солнечных Италии, Испании, Греции вытеснит местные продукты и сверхнормативные их запасы будут уничтожены. Трудоспособное население будет вынуждено мигрировать в поиске работы в другие страны. О пенсионерах... Не хочется говорить о грустном. Хорошо будет только чиновникам. Они будут получать хорошие зарплаты, решать вопросы распределения финансов, получать взятки и тому подобное.

Поэтому мы, социалисты Латвии, голосовали против Европейского Союза и нас в этом деле поддержало около 30 процентов населения. Мы были единственная партия, которая была против вступления в Европейский Союз.

Делайте выводы из нашего печального опыта.

Николай ШУЛЬГА. Спасибо.

Вопрос? Пожалуйста. Малинкович Владимир Дмитриевич.

Владимир МАЛИНКОВИЧ (политолог, Киев). Теперь, спустя определенное время после вступления Латвии в Евросоюз, каковы оценки населения, каковы данные социологов об отношении людей к Евросоюзу?

Анатолий ПЕШЕХОНОВ. Когда у нас был референдум республиканский относительного того, вступать нам в Европейский Союз или нет, против высказались только 30 процентов участников референдума, а 57 процентов было за то, чтобы вступить в Европейский Союз. Сейчас же, по данным социологов, более 40 процентов людей против Европейского Союза, а 48 процентов — за.

Николай ШУЛЬГА. Спасибо.

Есть еще вопросы? Нет? Владимир Дмитриевич, вы просите слово? Пожалуйста. Владимир Дмитриевич Малинкович — эксперт, политолог.

Владимир МАЛИНКОВИЧ. Я убежденный сторонник евроинтеграции. Причем, когда я говорю о Европе, то имею в виду большую Европу — от Атлантического океана и до Урала. И полагаю, что евроинтеграция не означает вовсе обязательного вступления в Евросоюз или в НАТО. Когда мы говорим о евроинтеграции, то должны понимать, прежде всего, что вступление в НАТО вовсе не гарантирует нам вступление в Евросоюз. Вы знаете, что три государства НАТО не являются членами ЕС и, наоборот, три государства ЕС не являются членами НАТО. То есть это не обязательное условие, а это условие, которое нам сейчас навязывают, причем навязывают не столько из Европы, сколько из-за океана.

Что касается ЕС, то нас там сегодня никто не ждет, все прекрасно это понимают. И, думаю, прежде всего этим отказом ЕС сделать какие-то встречные шаги по отношению к Украине и объясняется снижение веры нашего населения в то, что мы придем в ЕС в ближайшее время.

Я нисколько не сомневаюсь, что вступление в ЕС не будет чудом, а это будет очень трудный и болезненный процесс. И это вступление возможно только тогда, когда мы к этому будем готовы. Только тогда капиталистический Запад захочет нас принять. А пока мы для них не представляем интереса и поэтому сегодня мы им не нужны.

Но это вовсе не значит, что нам не надо интегрироваться в Европу. Прежде всего, нам надо строить Европу в Украине. Когда я говорю о необходимости строить Европу в Украине, то считаю, что нам надо перейти к европейским формам политического управления государством. Политическая реформа, которую поддерживают, в частности, и коммунисты, — это европейский путь. На мой взгляд, нам надо по-европейски строить левое движение. И поэтому нам нужны союзники в Европе. Вступление в Европу возможно не только путем интеграции через Евросоюз, но и путем так называемого узла спагетти, то есть многочисленных двусторонних и многосторонних связей с различными европейскими, и не только европейскими, структурами, типа Черноморского объединения и так далее.

Главное же — интеграция в левое движение Европы. Мы постоянно говорим, что у нас друзья на востоке, имея в виду прежде всего Россию. Но, простите меня, сегодня в России авторитарный режим, напоминающий режим эпохи Александра III, который вряд ли с точки зрения социализма марксовского образца может быть приемлемым для сегодняшней Украины.

Я хочу напомнить, что родиной социализма является Европа. И туда, в Европу, нам надо двигаться, в том числе и для того, чтобы Европа могла стать той силой, которая будет хоть в какой-то мере противовесом Соединенным Штатам Америки, пытающимся утвердить гегемонию по-американски.

И, мне кажется, важно еще и другое — важно пересмотреть методы левых партий, действующих в Украине, с учетом тех процессов, которые происходят в Европе, с учетом того, что сегодня спекулятивный капитал вкладывает деньги в спекулятивные процессы и в оборотный капитал, а не в реальное производство. И соответственно роль коммуникаций “белых воротничков” и интеллигенции становится сегодня все более и более важной. А для интеллигенции, особенно европейской, важны не только тред-юнионистские направления, которые традиционны и характерны для Европы, но и социал-либеральные направления. Я полагаю, что сегодня в Европе основным противником неолиберализма и глобализма по-американски является именно социальный либерализм, то есть освобождение человека от тех рыночных правил, которые ему бесконечно навязывают и которые втягивают человека в эту паутину потребительского общества. И я думаю, что изменения парадигмы левого движения по европейскому образцу тоже было бы европейским выбором Украины. Я абсолютно убежден, повторяю, что нам необходимо интегрироваться в Европу и перенимать европейские ценности, европейские методы сопротивления агрессивному американскому глобализму. Спасибо.

Николай ШУЛЬГА. Спасибо. Есть вопросы? Нет.

Следующим выступает Элисеос Вагенас от Компартии Греции. Пожалуйста.

Элисеос ВАГЕНАС (член Центрального Комитета Коммунистической партии Греции, член международного отдела ЦК КПГ). Уважаемые товарищи! Наша страна уже 24 года является членом ЕС, который раньше назывался Европейским Экономическим Сообществом (ЕЭС). Главным аргументом для вступления Греции в ЕЭС было приобретение, якобы, экономических благ. Но каков результат? Когда Греция вступала в ЕЭС, безработица достигала около 3%, а сегодня колеблется между 10% и 13%. Тогда говорили греческому народу, что наша продукция найдёт покупателей на большом рынке Европы. Сегодня данные показывают, что если до вступления соотношение экспорта и импорта с ЕЭС было 1 к 1,7 , то сегодня оно равно 1 к 3,9, в результате чего за все эти годы торговый дефицит страны исчисляется более чем в 46 триллионов драхм. Кстати, за все эти годы наша страна внесла 5 триллионов драхм в бюджет Общего рынка. Значит, в общей сложности сумма, потерянная нами от вступления в ЕС, составила 51 триллион драхм, в то время как поступления от ЕС достигли только 13 триллионов драхм.

Но это ещё не всё. ЕС ввёл строгие ограничения на производство сельскохозяйственной продукции. К примеру, он обязывает страну производить только 718 тысяч тонн коровьего молока в год, в то время как потребности населения превышают 1 миллион тонн. Таким образом, ЕС вынуждает нас прибегать к импорту. Цены на сельхозпродукцию понижаются стремительно, стоимость обработки становится большей и доход малоземельных крестьян уменьшается. В результате они вынуждены оставлять свои хозяйства и пополнять армию безработных.

Процентными ограничениями, антистимулирующими и другими мерами ЕС препятствует развитию судостроения, текстильной промышленности и других отраслей экономики. Четыре свободы Маастрихта (передвижение капитала, товаров, лиц, услуг) привели к вторжению и оседанию европейских монополий и разорению мелких производителей.

Страна, несмотря на заверения о “сближении” с развитыми странами Европы, осталась, как и прежде, на последних местах в ЕС (до вступления в союз десяти новых стран).

Класс буржуазии — это единственная часть греческого общества, которая выигрывает от вступления в ЕС. Зато в большом проигрыше трудящиеся, испытывающие безработицу, бедность, неуверенность в завтрашнем дне и социальную беззащитность.

Что касается расширения ЕС, то прежде всего отмечу, что наша партия была единственной партией в Греции, которая выступила против расширения ЕС посредством вступления новых стран. Эта позиция нашей партии исходит из глубоко интернациональных принципов. Как мы выступали против вступления Греции в ЕЭС, так и сегодня считаем, что народам этих стран нет никакого выигрыша от вступления в ЕС.

Некоторые именующие себя “левыми” стараются убедить нас в том, что ЕС надо поддержать, так как он может стать сдерживающей силой для США в международных делах. Однако никто не должен забывать, что ЕС приложил усилия к расчленению Югославии, предпринимает поход против якобы попирания прав человека на Кубе. Эти действия являются не чем иным как маслом к хлебу США. Да, было противоборство с США по вопросу вторжения в Ирак, но не по миролюбивым соображениям, а на основе определённых интересов некоторых стран ЕС.

Эти конкретные примеры ясно показывают ту роль, которую играет ЕС и в международных отношениях. То есть он является союзом европейских монополий, империалистическим организмом. Он конкурирует и имеет разногласия с США относительно главенства европейских или американских монополий в международном господстве. Однако и ЕС и США являются грабителями своих и других народов. У них нет разногласий в деле эксплуатации трудящихся. Фактом является то, что некоторые из сильнейших капиталистических стран Европы мечтают о том моменте, когда оторвутся от США. Но этот отрыв не означает отрыва от империалистической политики, не означает перехода к политике мира, какую в прошлом проводил СССР, а означает готовность части ЕС отстоять рынки силой, а если надо, и оружием. Кто же является “сдерживающей силой”?

Движущей силой положительных перемен в пользу мира и благосостояния являются народы — рабочий класс и другие народные слои. Прежде всего, имеет значение то, что делает каждый народ в своей стране и как согласуются действия народов между собой. Исходя из этого, наша партия добивается создания фронта общественных и политических сил, который придёт в столкновение с властью капитала и будет бороться за народную власть и экономику, которой для нас, коммунистов, конечно, является социализм. Необходимой предпосылкой такого развития считаем высвобождение страны от империалистических организаций, то есть выход Греции из НАТО и освобождение от ЕС.

Отвергаем как опасное для народов мнение, что, изменив политические соотношения, ЕС может стать дружественным к народам или даже социалистическим. Остаётся в силе ленинская мысль, запечатленная в статье “О лозунге Соединённых Штатов Европы”, о том, что капиталистические страны развиваются неравномерно. Ленин в этой статье отмечает, что Соединённые Штаты Европы или не могут существовать, или будут реакционными. ЕС есть союз капитала и с того момента, как он сколотился в виде “Союза Угля и Стали”, далее в виде ЕЭС, действует исключительно в интересах крупного капитала.

Мы уверены: насколько будет ослабевать ЕС, настолько будут раскрываться возможности для сотрудничества между странами на взаимовыгодной основе. И, конечно, станет открытой перспектива для социалистической Европы.

Товарищи! Контрреволюция в СССР и в других социалистических странах Восточной Европы имела далеко идущие идеологические и политические последствия, которые, по нашему мнению, вплоть до сегодняшнего дня не преодолены. За последних 15 лет партии, называющие себя “левыми” или “левоцентристскими”, поддержали империалистические войны и планы. С 1991 года, кроме стран, где запрещена деятельность компартий и использование коммунистических символов, ещё многие компартии отказались от своего названия, от основополагающих принципов, от своих символов. И в нашей партии большая группа членов ЦК под влиянием “нового мышления” Горбачёва попыталась в 1991 году распустить КПГ, но благо безрезультатно.

Ситуация меняется в последнее время, но все же международное коммунистическое движение и сегодня продолжает быть организационно и идеологически раздробленным, находится в состоянии кризиса. В его рядах продолжается противоборство между революционными, коммунистическими позициями и реформистскими, оппортунистическими. Между линией “сопротивления, столкновения” и линией “присобленчества, втягивания” в систему империализма.

В эпицентре этого противоборства находятся вопросы: отношение к известному на сегодня социализму и причинам его поражения; современность марксизма-ленинизма; развитие теории в эпоху перехода к социализму и в условиях временной победы контрреволюции; характер коммунистической партии; характер империализма; соотношение борьбы на национальном и международном уровнях; политика союзов и отношение к социал-демократии; отношение коммунистов к массовым движениям; отношение к капиталистическому кризису и межимпериалистическим противоречиям и империалистическим войнам; отношение к межгосударственным империалистическим региональным и международным союзам; историческая роль рабочего класса; закономерности социалистической революции и социалистического строительства; пролетарский интернационализм.

КПГ в этих условиях предоставила свои материально-технические возможности для того, чтобы коммунистические и рабочие партии могли обмениваться мнениями по упомянутым выше и другим вопросам. Каждый год, начиная с 1995 года, проходят международные встречи компартий. На них было принято решение об издании “Информационного бюллетеня компартий”, который сейчас распространяется на английском, русском, французском и испанском языках, а также создании SOLIDNET, являющегося межсетевым пространством, где каждая компартия помещает свою информацию и материалы, на основе которых функционирует система быстрого взаимного информирования между примерно 80 коммунистическими и рабочими партиями.

Депутаты от КПГ участвует в соответствующих группах левых партий в Парламентской Ассамблее Совета Европы и в Европарламенте. Считаем полезным федеративный способ функционирования этих парламентских групп, так как он позволяет каждой партии придерживаться своей позиции, даже когда большинство других партий не согласны с ней.

В то же время КПГ выразила несогласие с образованием Европейской левой партии (ЕЛП). Создание политических партий на национальном и европейском уровнях есть вопрос добровольного выбора, и мы ни в коем случае не признаём право ЕС вмешиваться в этот вопрос и, к тому же, навязывать партиям правила и связывающие обязательные решения.

Создание так называемой Европейской левой партии, с участием и некоторых коммунистических партий, выражает тенденцию подчинения коммунистов и других левых отрицательному соотношению сил, независимо от субъективных намерений и деклараций, фатальное признание силы буржуазной законности. ЕЛП отказывается от теории научного социализма, от коммунистических традиций и от опыта социалистических революций XX века. Избирает опасный и безвыходный путь декоммунизации и врастания в структуры Европейского Союза. Препятствует, таким образом, усилиям по координации и равноправному сотрудничеству между коммунистическими, рабочими и другими левыми партиями в их противостоянии с европейским империалистическим центром и капиталистической системой в целом.

Считаем, что особую роль в развитии народного движения в странах Европы должны сыграть классовое профсоюзное движение и миролюбивое антиимпериалистическое движение. На рабочий класс Европы сегодня по всему фронту наступают силы капитала, отнимающие его исторические завоевания. Бюрократические и соглашательские руководства профсоюзов озабочены только торгами о том, что должны или не должны потерять трудящиеся. В Греции, наперекор этому положению, организовался Всерабочий Боевой Фронт (ПАМЕ), объединяющий в своих рядах отраслевые федерации, рабочие центры и профсоюзных деятелей, не отказавшихся от классовой борьбы. ПАМЕ находится на передовой в организации борьбы рабочего класса.

Борьба народов мира против империализма не может приобрести массовый, устойчивый, перспективный характер, если не будет опираться на ясно различимое коммунистическое движение, на определённый коммунистический полюс, который может стать рычагом для положительного влияния народов на международные события. Такой полюс сформирует также мощную опору для более широкого антиимпериалистического союза.

В то время как коммунистическое движение не преодолевает свой кризис и не проявляет себя как единая политическая сила, ряд других сил, находящихся под прямым влиянием международной социал-демократии, пытаются направить движение по линии классового сотрудничества и к капитализму с якобы человеческим лицом.

Недавний 17-ый съезд нашей партии вынес специальную резолюцию о международном коммунистическом движении, в которой отмечается, что нужно умножить усилия всех коммунистических партий, чтобы коллективно и с уважением к самостоятельности каждой партии выявить подходящие способы для преодоления кризисной ситуации.

КПГ усилит собственные действия, стараясь придать более четкую форму сотрудничеству с коммунистическими и рабочими партиями, образовать коммунистический полюс. Инициатива создания этого полюса может быть поддержана теми коммунистическими партиями, которые имеют близкие идеологические и политические позиции, отстаивают марксизм-ленинизм, исторические достижения уже известного социализма, а также необходимость борьбы за социализм, переход на более высокий уровень сотрудничества в вопросах развития теории, разработки общей стратегии борьбы против империализма. Формы сотрудничества должны носить практический характер, должны достигаться зримые результаты

Товарищи! Из всего опыта классовой борьбы следует вывод о необходимости боевого сотрудничества, некоторой общей стратегии коммунистических и рабочих партий. Такое сотрудническтво не вмещается в стандарты империалистических организаций. Пролетарский интернационализм был и остаётся независимым от государственных границ. На этой основе и наша совместная борьба за Европу мира, за Европу демократических и социальных прав, за Европу социализма станет действительностью.

Спасибо за внимание.

Николай ШУЛЬГА. Спасибо вам большое.

Есть ли вопросы? Нет вопросов.

Слово предоставляется Георгию Корнеевичу Крючкову, Компартия Украины, народному депутату Украины. Пожалуйста.

Георгий КРЮЧКОВ (член Центрального Комитета Коммунистической партии Украины, председатель Комитета Верховной Рады Украины по вопросам национальной безопасности и обороны). Уважаемые товарищи, коллеги! Пользуясь предоставленной возможностью выступить на этом представительном форуме, хотел бы изложить свое видение этой очень актуальной и важной для нас проблемы.

Прежде всего, считаю, что европейская интеграция — это объективный, многоплановый, неоднозначный процесс. Я бы выделил такие моменты.

Процессы интеграции продиктованы объективными закономерностями современного этапа развития человеческого общества, который характеризуется огромными масштабами производства, выходящими за рамки отдельных государств. А поскольку мир практически стал капиталистическим (за исключением Китая и еще нескольких стран), то капитал ломает национальные границы буржуазных государств и диктует необходимость каких-то форм объединения, концентрации капитала.

С другой стороны, европейская интеграция — это в то же время своеобразная форма протеста, или, давайте скажем иначе, — противодействия утверждению монополярного мира, диктату единственной сверхдержавы, ее стремлению навязать миру политику глобализации по-американски. В мире идет формирование новых центров притяжения — Европа, Китай, Япония и другие, объективно противостоящие американскому гегемонизму. И это тоже надо учитывать.

Следующий момент. Европейской интеграции всячески противятся Соединенные Штаты Америки. Они стремятся, во-первых, нейтрализовать антиамериканские настроения, наметившиеся расхождения в позициях отдельных групп европейских государств. Я имею в виду страны так называемой “старой Европы” (Франция, Германия, Бельгия и др.), которые стремятся сделать Европу более независимой от США, и большую группу государств, которые я называю “младоевропейцами”, — в основном страны Восточной Европы, которые недавно приняты в НАТО и Европейский Союз. Практически все они стоят на проамериканских позициях. Все свидетельствует о том, что расхождения между ними будут углубляться.

Во-вторых, американцы стремятся оседлать процессы европейской интеграции и придать им антироссийский подтекст.

Еще в сентябре 2003 года я встречался с известным американским аналитиком, близким к Белому дому, Брюсом Джексоном, который является одним из авторов проекта так называемой “Великой Европы”. Что такое “Великая Европа”? Это прежде всего “корпус Европы” — сегодняшние члены НАТО и Европейского Союза. Далее, это государства, которые должны стать в течение ближайших двух-трех лет членами НАТО и, возможно, в перспективе членами ЕС: Украина, Грузия, Азербайджан, которые практически, что называется, с потрохами уже в НАТО, по крайней мере в лице высшего политического руководства. Б.Джексон также сказал: “Мы походя решим проблему Белоруссии, Молдовы, Армении”. Армения, как говорится, уже “поплыла”. Известна позиция руководства Молдовы. К решению “проблемы Белоруссии” Запад уже приступил. На этом процесс создания “Великой Европы”, по мнению Джексона, завершится. А это означает, что на территории Европы появится новая разделительная линия, что и входит в планы американцев. А ведь Украина окажется как раз на этой линии. Мне представляется, что когда мы говорим о “рисках интеграционных процессов”, то именно это является наиболее серьезным риском.

В этой связи хотел бы сказать, что американские военные базы уже перемещаются на территорию новых членов НАТО — в Прибалтику (скажем, в Литве размещены две базы), в Румынию, Болгарию. Американцы стремятся отодвинуть восточные границы блока и этой так называемой “Великой Европы” до восточной границы Украины — подойти таким образом к “подбрюшью России”. Это для нас представляет огромнейшую опасность.

Хотел бы также в этом контексте, в этой части своего выступления сделать еще такие замечания.

Первое. Когда мы говорим об интеграционных процессах, происходящих в Европе, то, конечно же, имеем в виду огромную составляющую часть “золотого миллиарда”, но выводим за скобки процессы, которые происходят в других частях мира (Азия, Африка, Латинская Америка). Они очень значимы, но, к сожалению, пока еще не в поле нашего зрения.

И второе. Интеграция, как и реставрация капитализма в СССР и других бывших социалистических странах, не устраняет капиталистических противоречий, противоречий между капиталистическими государствами. Мы помним, какое было “братание”, скажем, российских лидеров после реставрации капитализма в России с американцами, другими западными партнерами. Что же из этого получилось? Противостояние как было, так и есть, остается, причем в последнее время оно стало еще более очевидным. И эти процессы, как я понимаю, мы тоже должны принимать во внимание.

Вторая часть моего выступления. Я думаю, что мы не должны закрывать глаза на то, что в украинском обществе все-таки довольно сильно стремление быть в Европейском Союзе. Другое дело — НАТО. Люди нутром чувствуют, что представляет собой Альянс, и подавляющее большинство наших сограждан настроены против членства Украины в НАТО.

Что касается Европейского Союза, то здесь иная картина — даже при той тенденции, о которой говорил Николай Александрович Шульга. Объясняется это очень просто: наши люди, доведенные до нищеты и отчаяния в условиях развала экономики, попрания прав и свобод граждан, хотят жить так, как живут в Европе. Пусть в капиталистической Европе, но ведь там живут в десятки раз лучше, чем живут наши люди сейчас. И не считаться с этим, думаю, мы просто не вправе.

Хотел бы в связи с этим сказать, что на Западе все еще продолжается эйфория по поводу событий ноября-декабря прошлого года в Украине — так называемой “оранжевой революции”. Хотя никакой революцией тут и не пахнет, ибо все происходило в рамках одного и того же — капиталистического — строя, просто одна группа криминальных олигархов оттеснила от власти другую. Однако мы не должны игнорировать то, что в события были вовлечены сотни тысяч людей, прежде всего молодежи. Они стали на сторону той силы, которая рвалась и пришла к власти, демагогически спекулируя на привлекательных лозунгах демократии, соблюдения прав граждан, свободы печати и т.п. На деле же эта власть оказалась еще более жестокой, чем тот режим, который ушел в небытие. Мне кажется, что мы не можем, не должны сбрасывать со счетов и указанное обстоятельство.

К сожалению, этого “не замечает” Запад, который всегда руководствовался и руководствуется двойными, тройными стандартами, всегда исходил из своих интересов — в отличие от недалеких (есть такое хорошее украинское слово — недолугих) лидеров Украины: ни Л.Кравчук, ни Л.Кучма, да, думаю, и В.Ющенко никогда не руководствовались и не руководствуются национальными интересами своей страны.

Запад молчит. И его можно понять. Ведь Запад одержал огромную, стратегического значения, победу, продвинувшись на восток к границам России, и он простит любые беззакония, которые тут происходят. Помните выражение американского президента в отношении коррумпированного лидера одной из латиноамериканских стран: “Да, он сукин сын, но он наш сукин сын”. Конечно, в связи с этим невольно возникает вопрос: а кто порождает “сукиных сынов”?

Но то обстоятельство, что люди хотят жить, как в Европе, стремятся интегрироваться в Европейский Союз, обязывает нас убедительно разъяснять, что такое интеграция, какие последствия несет вступление Украины в ЕС.

Я говорю об этом потому, что сейчас украинские власти развертывают мощную пропагандистскую кампанию, направленную на то, чтобы внушить нашим людям, что и ЕС, и НАТО, членство Украины в них — это благо. И это тоже ставит перед нами ответственные задачи.

Наши люди должны знать, например, о том, как выстраивают границу с Украиной Польша, Словакия и другие соседи. “Железный занавес”, о котором столько говорилось, покажется детской забавой по сравнению с тем, что делается там. Сейчас строят границу с Украиной, а затем помогут Украине выстроить такую же границу с Россией. Надо не просто говорить, что НАТО — это агрессивный блок, а на глубоком, убедительном анализе, на конкретных фактах показывать сущность этого блока, последствия вступления в него.

Важно, в частности, показывать, что вступление в НАТО — это гибель ряда сегментов нашего оборонно-промышленного комплекса, утрата высоких, прогрессивных технологий, колоссальной силы удар по отечественной индустрии и в целом по нашей экономике. И это тоже мы должны показать.

И последнее, что хотел сказать. Мне кажется, что ситуация требует значительного усиления интернациональных связей братских партий.

Я высказываю свое мнение, но мне кажется, что от интернационализма — живого, боевого, действенного — в наше время осталось, к сожалению, мало.

В связи с этим хотел бы внести конкретное предложение. Жизнь меняется, выдвигает новые задачи, ставит новые вопросы, и на них надо давать убедительные ответы. Мне кажется, было бы полезным, если бы, скажем, наша партия или любая другая взяла на себя инициативу по созданию интернациональных групп ученых, аналитиков для изучения, разработки конкретных теоретических проблем с выходом на практику с тем, чтобы обогатить нашу теорию, осветить путь практической деятельности прогрессивных сил, выступающих за преобразование общества на социалистических началах.

Я выделил бы для обсуждения такие, к примеру, вопросы.

Первое. Процессы, происходящие в современном обществе и обусловленные ими подходы к выработке программных установок, определению стратегических задач марксистско-ленинских партий.

Второе. Изменения в социально-классовой структуре современного общества и тактика действий коммунистических партий. В частности, роль так называемого среднего класса как основы стабильности в обществе и опоры практически любого режима.

Третье. Проблема обеспечения единства действий прогрессивных сил в борьбе за социалистическое переустройство общества

Сейчас Украина находится на таком этапе, что, если иметь в виду политические партии левого спектра, то, наверное, в обозримой перспективе вряд ли можно обеспечить единство их действий. Мне думается, роль субъективного фактора оказалась большей, чем, представляли мы, марксисты. Мы говорили, что “массы решают все”. А оказалось, что это далеко не так. Один прохиндей может оказаться во главе партии и государства и нанести такой вред, что никаким массам его не поправить,

И последнее. Опыт завоевания доверия и поддержки масс. Изучать и обмениваться этим опытом для нас очень и очень важно.

Спасибо за внимание.

Николай ШУЛЬГА. Спасибо большое, Георгий Корнеевич.

Может быть, вопросы? Вопросов нет. Предоставляю слово Сидаку Валентину Антоновичу, консультанту международного отдела ЦК Компартии Российской Федерации.

Валентин СИДАК (консультант международного отдела Центрального Комитета Коммунистической партии Российской Федерации). Уважаемые товарищи! Оценка перспектив развития отношений Российской Федерации и Европейского Союза для нашей страны является одной из самых сложных внешнеполитических проблем. Именно она в последние годы стояла как центральная в непрекращающейся политической дискуссии правящих властей и левопатриотической оппозиции России. И это не случайно, ведь речь идет о выборе национальных приоритетов российского государства на современном этапе его развития, обязательном учете этих приоритетов при постановке конкретных задач внешней и внутренней политики страны.

Мы благодарны нашим украинским товарищам и коллегам за предоставленную возможность детально изложить на столь представительном международном форуме наше видение реального положения в сфере взаимоотношений России с Европейским Союзом после наступления качественно нового этапа — расширения этой организации на восток континента.

Прежде всего, мы считаем принципиально важным подчеркнуть следующее обстоятельство (и в этом я полностью солидарен и благодарен выступившему передо мной товарищу из Украины). Расширение Европейского Союза за счет вступления в него государств Центральной и Восточной Европы, в том числе прибалтийских государств, должно в политическом, геостратегическом, международно-договорном и временном плане осуществляться так, чтобы никоим образом не спровоцировать очередной раскол Европы. А подобный негативный сценарий развития общеевропейской политической ситуации вовсе не исключен. Влиятельные силы не оставляют попыток изолировать Россию от других стран континента путем создания под различными надуманными предлогами современных вариаций “санитарного кордона” или “железного занавеса”. Они стремятся направить процессы европейской интеграции в русло, которое изначально было бы неприемлемо для России как великой европейской державы, национальные интересы и историческая будущность которой неразрывно связаны с общими судьбами всех стран, всех народов континента.

Мы считаем, что заботой о единстве, неразделенности европейского континента должны быть пронизаны все размышления и дискуссии относительно конкретных путей, форм и иных элементов построения договорной базы отношений России с расширяемым и обновляемым Европейский Союзом. Важно постоянно помнить, что Европейский Союз — это еще не вся Европа и что будущий союз народов Европы невозможен, был бы неполноценным без участия в нем народов Украины, Белоруссии, Молдовы и России.

В отличие от официальной российской дипломатии, до недавнего времени метавшейся между “американоцентризмом” и “натоцентризмом” команды Б.Ельцина — А.Козырева, и весьма такой, скажем, недальновидной, во многом конъюнктурной практикой “изобретательства” внешнеполитических “осей”, “треугольников” и иных фигур в качестве “адекватного” ответа на геостратегический вызов США, КПРФ неизменно выступала за сохранение и дальнейшее приращение накопленного в советские времена потенциала взаимовыгодного сотрудничества с нашими ближайшими европейскими соседями — странами Содружества Независимых Государств, прежде всего с Белоруссией, Украиной и Молдовой.

Как известно, в историческом плане отношения между СССР/Россией и Европейскими Сообществами складывались достаточно непросто. На протяжении длительного периода Сообщества рассматривались в странах социалистического содружества главным образом под идеологическим и военно-политическим углом зрения, причем ЕЭС порой весьма упрощенно оценивалась лишь как “экономическая опора НАТО”.

Российские коммунисты всегда считали малопродуктивными попытки искусственно отделить “плохое” НАТО от “хорошего” ЕС. При всем своеобразии этих двух форм международных объединений, специфики выполняемых ими задач и выбора путей достижений поставленных целей, состав основных европейских государств-участников, то есть европейский “костяк” обеих организаций, в них по сути един. Поэтому допускать мысль о том, что политические, экономические, военно-стратегические интересы каждой из этих стран не дополняют друг друга в рамках единого “национального интереса”, а противоречат один другому — значило бы обманывать самих себя.

Да, мы, конечно, отдаем себе отчет в том, что Европейский Союз формирует собственную общую политику в области обороны и безопасности, при этом трактуя понятие безопасности гораздо шире, чем привычная система коллективной обороны в системе Североатлантического альянса. Поэтому характер и направленность формирующегося военно-политического измерения Европейского Союза нам отнюдь не безразличны. Однако нам не безразличны и попытки руководства НАТО навязать объединенной Европе натоцентристскую модель безопасности, и инициативы в этом направлении мы всегда внимательно отслеживаем.

Реальность пока заключается в том, что по совокупности базовых параметров политические и военные установки Североатлантического альянса не просто совпадают, но и входят в прямое противоречие с жизненно важными интересами национальной безопасности Российской Федерации. КПРФ считает, что дальнейшее существование военной составляющей блока НАТО отвечает лишь интересам глобальной политики Соединенных Штатов, которые отнюдь не стремятся сокращать свое военное присутствие ни в Европе, ни в любом другом районе мира.

Именно под этим углом зрения российские коммунисты крайне негативно рассматривают планы и действия НАТО по расширению этого военно-политического блока на восток континента. Мы расценивали и расцениваем как глубоко ошибочный политический шаг подписание администрацией Бориса Ельцина в 1997 году в Париже “Основополагающего Акта о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Российской Федерацией и Организацией Североатлантического договора”. Этот документ стал фактически правовой основой для втягивания нашей страны в военные действия на территории бывшей Югославии.

Переходя к проблемам отношения России и Европейского Союза, я должен сразу сказать, что позиция КПРФ по таким базовым документам, как Соглашение о партнерстве и сотрудничестве Российской Федерации и ЕС и Общая (коллективная) стратегия ЕС в отношении России, в целом позитивная. Однако коммунисты России не вправе не замечать их внутренней, логической общности с такой широко известной внешнеполитической инициативой Североатлантического альянса, как “Партнерство во имя мира”.

И в том, и в другом случае эти соглашения, являясь по сути своеобразным сводом добровольных политических обязательств Запада, с пропагандистской точки зрения вначале выставлялись им как эксклюзивные. Однако впоследствии они были легко трансформированы фактически в модельные соглашения. Суть этого процесса видна на следующем примере.

Первоначально, в конце 80-х годов, Евросоюз устанавливал примерно равный торгово-политический режим для всех государств бывшего социалистического лагеря. Однако уже спустя несколько лет после подписания первых соглашений четко начала проявляться дифференциация восточноевропейских партнеров на несколько категорий — отдельно страны Вышеградской группы, отдельно страны Южной Европы, отдельно страны Балтии. С центрально- и восточноевропейскими государствами были подписаны так называемые Европейские соглашения, то есть соглашения об отношениях ассоциации, а с большинством стран СНГ, в том числе и с Россией, — лишь так называемые Соглашения о партнерстве и сотрудничестве.

Должен сказать, что для формирования и укрепления климата взаимного доверия КПРФ считает существенно важным в самом начале определиться в главном — что каждая из сторон соглашения подразумевает под понятием “сотрудничество и партнерство” в эпоху растущей глобализации мировой политики и экономики, какие базовые принципы и элементы должны лежать в основе совместной политики этого стратегического партнерства.

Не лишней была бы и попытка найти общие подходы в оценках следующих обстоятельств новейшей политики, новейшей истории Европы: отчего потерпела полный крах идея строительства “общеевропейского дома”, почему сегодня реально не работает парижская “Хартия для новой Европы”, за которую очень много было пролито, так сказать, и слез, и крови, и слов, что реально осталось от знаменитых “трех корзин” хельсинкского Заключительного акта СБСЕ, какой конкретный смысл западноевропейцы вкладывают в понятие “построение европейской архитектуры” в рамках общеевропейских институтов и двусторонних соглашений?

Вообще эти внешнеполитические формулы — достаточно забавная вещь, и, честно говоря, российское общество от всех этих невнятных, как говорится, “дорожных карт” и прочих вот таких инструментов без конкретного реального содержания уже порядком подустало. Ну, а Компартия, конечно, такие вещи всегда критикует, если за красивой фразой не стоит какого-то конкретного наполнения, конкретного смысла.

На наш взгляд, существуют две опорные позиции для формировании отношений стратегического партнерства и стратегического сотрудничества между ЕС и Россией. Это общеевропейская безопасность и стабильность на континенте и дальнейшее развитие процессов европейской экономической интеграции, создание в Европе единого экономического пространства.

В свое время российская сторона (имеется в виду официальная) довела перечень озабоченностей России в свете предстоящего расширения ЕС. Ставились актуальные вопросы тарифной зашиты, нетарифных ограничений, транзита, визового режима, товаропотоков, инвестиций, торговых преференций, оборонной политики, проблем русскоязычного населения сопредельных стран и другие. К сожалению, реакция европейских партнеров на эти в общем-то вполне конкретные озабоченности российской стороны была вялой, невразумительной, в ставшем уже привычным духе “двойных” стандартов. Конечно, такое отношение к серьезным вещам нас не устраивает.

Недавно Государственная Дума ратифицировала Протокол о распространении Соглашения о партнерстве и сотрудничестве на новых членов Евросоюза. Перед ратификацией в парламенте были организованы слушания с участием полномочных представителей дипломатических миссий ряда европейских стран в Москве.

Российские участники слушаний с тревогой говорили об обострении проблемы транзита грузов между Калининградской областью и остальной территорией Российской Федерации. А ведь Европейский Союз взял на себя обязательство упростить административные процедуры и тем самым снизить стоимость расходов, связанных с таможенным транзитом российских грузов через территорию Литовской Республики. Уровень тарифов по товарам российского происхождения должен был снизиться в среднем с 9 до 4 процентов, а произошло все с точностью до наоборот. Тарифы растут, наши расходы также растут.

После известных трагических событий в США лидеры западноевропейских стран все чаще стали подбрасывать России идею так называемого “функционального партнерства” применительно к общим задачам сотрудничества в борьбе с международным терроризмом, наркоторговлей и торговлей “живым товаром”, незаконной миграцией, распространением СПИДа. Думается, подобная форма международной кооперации в сфере борьбы с преступностью вряд ли может служить базой для долговременного, подлинно стратегического партнерства — она может рассматриваться лишь как одна, причем далеко не самая главная, ее составляющая.

Уже сегодня на примере Чечни мы отчетливо видим, что основные политические издержки подобного “функционального партнерства” ложатся на “младшего партнера”, то есть на Россию, а должной компенсации за понесенный ущерб ее национальным интересам наша страна от “старшего партнера” (неважно, США это или Европейский Союз) пока не получает.

Сегодня на характер и динамику развития общей ситуации в Европе в значительной, если не определяющей, мере влияют такие сложные и неоднозначные процессы, происходящие в самом Союзе, как переход к единой валюте, институциональная реформа, становление общей внешней политики и политики в области европейской безопасности, формирование собственной оборонной идентичности. Все эти процессы являются объективной составляющей современного европейского развития и заслуживают самого пристального к себе отношения и детального, вдумчивого анализа, в этом я полностью согласен с коллегой Крючковым.

Мы считаем, что долгом и призванием общественно-политических организаций Европы, в том числе коммунистических, левых и прогрессивных партий, их представителей в Европейском и национальных парламентах должно стать совместное исследование интегрирующих факторов, способных превратить Европу из континента войн в пространство долгосрочного мира и стабильности, в модель плодотворного экономического сотрудничества “по всем азимутам”, будь то Север — Юг, Запад — Восток, в регион, где вся совокупность отношений строилась бы на безусловном уважении как общепризнанных прав человека, так и неотъемлемых, суверенных прав государств, народов и наций.

Спасибо.

Николай ШУЛЬГА. Спасибо большое, Валентин Антонович. Есть ли вопросы? Пожалуйста.

Участник “круглого стола” (не представился). Я понял из вашего выступления, что Россия категорически не говорит ни “нет”, ни “да” до сих пор, что евроинтеграция должна происходить только на очень ясных, конкретных основах. Я правильно понял?

Валентин СИДАК. Вы правильно поняли в том, что окончательного, как говорится, ответа не сформулировано ни с той, ни с другой стороны — ни со стороны России, ни стороны Европейского Союза.

Сейчас идут только самые первые прикидки, самые первые подходы. Надо сказать, достаточно неудачные. Формулировки типа “соглашение о партнерстве и сотрудничестве…” Вы понимаете, это форма идеологического обмана — формулировки хорошие, правильные, а какого-то конкретного содержания нет.

Естественно, что интеграция России и Европейского Союза должна иметь какую-то особую формулу. Ведь Россия — это большая страна, это евроазиатская страна, по всем показателям она не может вписаться в эти единые, так сказать, рамки. Поэтому должна быть иная формула сотрудничества.

Что же касается вектора нашего развития и отношения КПРФ к этому вектору развития, то я лично тоже являюсь европеистом, убежденным европеистом, и я считаю, что мы ни в коем случае не должны ослаблять наших усилий на европейском направлении, потому что Россия была, есть и останется великой европейской державой.

Спасибо.

Николай ШУЛЬГА. Еще вопросы? Нет.

Слово предоставляется Олегу Алексеевичу Грачеву, Компартия Украины, первому заместителю председателя парламентского Комитета по иностранным делам. Пожалуйста.

Олег ГРАЧЕВ (член Президиума Центрального Комитета Коммунистической партии Украины, первый заместитель председателя Комитета Верховной Рады Украины по иностранным делам). Уважаемые коллеги! Компартию Украины часто обвиняют в том, что мы, коммунисты, против евроинтеграции Украины и вообще занимаем чуть ли не антигосударственную позицию по этому вопросу. Могу сказать вполне определенно, что мы не против евроинтеграции, мы считаем, что было бы недальновидно изолироваться от этого процесса, так как Украина есть государство, которое находится в Европе и даже в центре Европы.

В то же время с нынешней властью мы расходимся в этом вопросе по трем основным, на мой взгляд, направлениям.

Осенью 2003 года состоялись у нас два парламентских слушания. Одни слушания были посвящены евроинтеграции, другие — евроатлантической интеграции. Четко выделились два разных подхода к этой проблеме — со стороны тогдашней власти и правой оппозиции, которая нынче у власти, и с нашей стороны.

Первое различие в подходах состоит в том, что прежняя и нынешняя власть противопоставляет евроинтеграцию интеграции Украины в рамках СНГ, в рамках Единого экономического пространства, куда входят, как вы знаете, Россия, Украина, Белоруссия и Казахстан. Мы, коммунисты, против такого противопоставления.

Различие между властью и нами состоит также в том, что мы выступаем за вхождение в любые европейские структуры, если это приносит пользуУкраине. Наши же оппоненты рассматривают вступление в ЕС как самоцель, без учета того, что за этим последует в положительном и отрицательном плане, прежде всего для экономики. Об этом они даже не задумываются. Между тем выступившие сегодня и представитель Компартии Греции, которая уже давно в Евросоюзе, и представитель Соцпартии Латвии, которая только второй год в Евросоюзе, привели убедительные примеры негативных последствий членства своих стран в ЕС.

Мы с народным депутатом Украины коммунистом Игорем Алексеевым недавно побывали в Литве и изучали там, на месте, этот вопрос, в том числе по публикациям прессы, в беседах с литовскими парламентариями.

Главная трудность, с которой столкнулась Литва в первый же свой год членства в ЕС, — в том, что необходимо было выполнить жесткое требование Евросоюза о свертывании сельского хозяйства и рыбной промышленности. Как вы уже здесь слышали, такое же требование было и к Латвии.

Согласно требованию ЕС, сельское хозяйство, которое в Литве развито сильно, нужно переводить на так называемый экологический туризм, рыболовные суда — превращать в прогулочные. Это только то, что, как говорится, лежит на поверхности.

И третье различие. Нынешняя власть жестко увязывает евроинтеграцию и евроатлантическую интеграцию. Мы же, коммунисты, считаем, что это совершенно разные, не связанные направления.

Евроатлантическая интеграция, то есть вступление в НАТО, как уже говорил Николай Александрович Шульга, отвергается большинством граждан Украины. Такое отношение связано не только с фактами агрессивных действий НАТО, например в Югославии. Вполне очевиден ущерб для украинской экономики в случае вхождения в эту структуру.

Не так давно вместе с Георгием Корнеевичем Крючковым мне довелось участвовать в рассмотрении на Парламентской Ассамблее вопроса “НАТО — Украина”. Мы там задавали вопрос генералам, которые отвечают за вооружение НАТО: “Что было бы с Украиной, если б она сейчас стала членом НАТО, и в частности с военно-промышленным комплексом?” Ответ был достаточно четким. Что, скажем, танковый завод в Харькове нужно было бы полностью, так сказать, перепрофилировать, то есть для начала закрыть. И АНТК имени Антонова перепрофилировать, поскольку военно-транспортная авиация НАТО совершенно другая, чем у нас. Уже эти факты показывают, что экономике Украины членство в НАТО принесет вред.

Вот три основных различия в позициях Компартии Украины и нынешней власти. Хотя в принципе, хочу повторить, мы не против евроинтеграции, но считаем невозможным вступление в Евросоюз в ближайшие десять лет. Поэтому, если исходить из пользы для нашей экономики, необходимо сделать более тесным сотрудничество с Россией, Белоруссией, Казахстаном и с другими государствами СНГ и Балтии, то есть с теми, с кем нас связывает недавнее и далекое историческое прошлое.

Завершая выступление, хотел бы подчеркнуть, что надо быть очень осмотрительными при вступлении не только в НАТО, но и в другие структуры европейские. Прежде чем принимать решение, необходимо проводить серьезные научные исследования. Я имею некоторое отношение к Национальной академии наук и знаю, что в Украине есть очень серьезные научные силы как раз по всем этим вопросам, и они могли бы дать экспертные оценки возможного вхождения Украины в ЕС и НАТО.

Спасибо за внимание.

Николай ШУЛЬГА. Спасибо, Олег Алексеевич.

Есть ли вопросы к Олегу Алексеевичу? Нет.

Слово предоставляется Борщевскому Виктору Валентиновичу, члену парламентской фракции Компартии Украины. Пожалуйста.

Далее вести заседание будет Олег Алексеевич Грачев.

Виктор БОРЩЕВСКИЙ (член Президиума Центрального Комитета Коммунистической партии Украины, первый секретарь Днепропетровского обкома партии, член фракции коммунистов в Верховной Раде Украины). Уважаемые товарищи! Одна из особенностей так называемой “оранжевой революции” в Украине заключалась в мощной ее поддержке из-за рубежа. Ющенко и его команда очень усиленно финансировалась не только американским и европейским капиталом, но и российским. Не менее мощной была и пропагандистская поддержка. Представители правых политических сил из различных стран ежедневно выступали тут на киевском Майдане и все время подчеркивали интернациональный характер “оранжевой революции”.

В связи с этим я хотел бы затронуть вопрос, о котором уже говорил Георгий Корнеевич Крючков, — о необходимости возрождения реального, действенного интернационализма международного коммунистического движения. Мне представляется бесспорным, что без совместных усилий коммунистических партий различных стран мы не сможем добиваться успехов каждый в отдельности в своей стране.

Считаю, что, нам надо совместно подумать над тем, какие антиимпериалистические силы и как объединить в борьбе с нашим общим противником, как снова “заразить” европейское общество коммунистическими идеями, какую модель общественного устройства предложить народам Европы, чтобы они пошли за нами. Тут, на мой взгляд, важна проблема ресурсов, и прежде всего человеческого ресурса, который по сути дела капитализм делает нереализуемым. Важны, мне кажется, вопросы гуманизма, это едва ли не единственное направление, где коммунисты могут продвинуться вперед.

Особенно важен вопрос о взаимопомощи, причем в разных областях — информационной, выработки решений и т.д. Я думаю, что если бы такое интернациональное сотрудничество удалось наладить, то выиграли бы компартии всех стран.

Олег ГРАЧЕВ Спасибо. Пожалуйста, уважаемые коллеги, вопросы к товарищу Борщевскому. Нет вопросов?

Предоставляю слово Тумазосу Целепису — члену ЦК Прогрессивной партии трудового народа Кипра, одной из двух компартий Европы, находящихся у власти.

Тумазос ЦЕЛЕПИС (член Центрального Комитета Прогрессивной партии трудового народа Кипра). Дорогие товарищи и друзья! С 2004 года, когда Кипр стал членом Евросоюза, накоплен определенный опыт развития нашей страны в новых условиях. Очевидны серьезные трудности, которые испытывают киприоты вследствие вступления в ЕС. Это приводит к массовым жалобам и демонстрациям, особенно со стороны фермеров и других работников сельского хозяйства. Проведение неолиберальной политики и гармонизация с европейскими стандартами в интересах большого капитала привели к снижению уровня жизни трудящихся.

Как вы знаете, наш остров разделен с 1974 года на две части, причем 40 процентов территории Кипра оккупировано Турцией. Предполагалось, что вступление Кипра в Евросоюз облегчит разрешение этой проблемы. Поэтому мы поддержали вступление страны в ЕС исходя не из социально-экономических соображений, а из политических мотивов. Проблема территориальной целостности страны, однако, осталась неразрешенной. ООН приняла резолюцию о проведении референдума на Кипре по вопросу о преобразовании нашего государства в конфедерацию, но греки-киприоты отвергли этот референдум, они отвергли идею конфедерации, поскольку мнение большинства киприотов, то есть греческой общины, в конфедерации не учитывалось бы.

Следует сказать, что процесс глобализации имеет предопределенный характер, он неизбежен. С развитием производительных сил, науки и техники, информации, связи человечество пришло к тому, что можно назвать “большой деревней”. Социалистическая идеология предполагает эти последствия глобализации. Никто не сомневается, что глобализация есть результат развития человечества. Так же, как и евроинтеграция.

Нужно, однако, учитывать, в чьих интересах проводятся глобализация и европейская интеграция и какие силы превалируют в мире сегодня. Это — большие монополии и транснациональные компании, эти экономические гиганты. Они лидеры глобализации, преследуя при этом свои интересы, интересы сильных, интересы власть имущих. В то же время сегодня, в начале XXI века, голод является реальностью для нашей страны. И даже в экономических развитых странах наблюдается безработица, она возрастает, и разрыв между богатыми и бедными людьми также возрастает постоянно.

Левые силы не могут не объединиться в таких условиях. Они должны объединиться, они должны проявить свой характер, не действовать в интересах финансовых гигантов. Они должны сопротивляться неолиберализму. Они должны предлагать такие решения экономического и социального характера, от которых выиграли бы трудящихся.

С этой целью мы можем и должны установить постоянные связи между нашими партиями, и в частности регулярно обмениваться информацией. Это является необходимым условием для улучшения и приведения к современному уровню взаимодействия между нашими партиями. Мы должны использовать все позитивное из опыта друг друга для улучшения нашей работы.

Что касается европейской интеграции, то мы считаем, что деятельность групп левых в Европарламенте и в Парламентской Ассамблее Совета Европы следует оценить положительно. Вместе с тем в их работе есть значительные недостатки, и прежде всего в вопросах сотрудничества с более широкими прогрессивными силами. Европа значительно шире, чем Евросоюз, поэтому жизненно важным представляется усиление и обновление сотрудничества с коммунистическими, рабочими и другими левыми партиями Восточной и Центральной Европы.

Мы будем продолжать предпринимать усилия партии в маленькой европейской стране, которые должны привести к ощутимым результатам на большом европейском пространстве. И будем продолжать сотрудничать с партиями, которые являются для нас товарищами и которые могут противопоставить свою деятельность неолиберальным тенденциям. В сотрудничестве — наша сила.

Спасибо за внимание.

Олег ГРАЧЕВ. Есть ли вопросы? Нет вопросов. Тогда я с большим удовольствием предоставляю слово директору Института мировой экономики и международных отношений Национальной академии наук Украины, доктору экономических наук, профессору, академику Юрию Николаевичу Пахомову.

Юрий ПАХОМОВ (директор Института мировой экономики и международных отношений Национальной академии наук Украины, академик). Уважаемые участники “круглого стола”! Начну я с того, что в обозримой перспективе одинокая страна нежизнеспособна. Украина тем более, потому что она страна уже слабая и она страна уже отсталая и, судя по приемам нынешней власти, отставать будет все больше и больше.

Европейский Союз — это, конечно, великий проект. Но благом он обернется только для будущих поколений. Безусловно, энтропия тут неизбежна. Как в конце концов горы перестают быть горами и становятся равнинами, так и тут все произойдет обязательно. Не только из-за фактора энтропии, но и потому, что регулятивная система Евросоюза рассчитана на выравненность. В условиях перепадов, а страны Европы имеют перепады, она дает сбои, она дает шоки, что уже неоднократно было — когда принимали Португалию, когда принимали Ирландию, когда принимали Испанию. Тогда Евросоюз срочно латал эти дыры, чтобы макрорегулирование работало нормально.

Еще один вопрос, тоже очень важный. Евросоюз пока что гигант, но скоро он перестанет быть гигантом, ибо тенденция создания огромных интеграционных сообществ — это тенденция неумолимая. Она неумолимая по многим причинам. Все больше дает о себе знать такой фактор, как глобализация громадных транснациональных корпораций. Но дело еще и в том, что в последнее время они не могут увеличиваться только за счет своего естественного роста. Для конкурентоспособности им естественного роста не хватает, им нужно расширение за рамками естественного роста. И поэтому доминирующими сейчас являются процессы поглощения и слияния. Даже вчерашние конкуренты начинают сливаться, и гигантские транснациональные компании становятся сверхгигантскими. Так вот, этих сверхгигантских транснациональных корпораций уже не удовлетворяет такая страна, как Украина. Они нуждаются в огромных пространствах. Они нуждаются в пространствах даже больших, чем Китай.

И поэтому по всему миру стремительно распространяется тенденция создания огромных сообществ, куда входит не менее миллиарда населения, а то и намного больше. Дело идет к тому, что интересны будут только огромные рынки. Маленькие рынки — это рынки умирающих стран.

А теперь о проблеме “Украина и ЕС”. Украину в ЕС не примут, тут вообще разговора не может быть. Знаете, Наполеон однажды задал проигравшему генералу вопрос: “Почему Тулон не был обстрелян?”. Тот говорил: “Было 16 причин. Первая причина — нет снарядов”. Так вот, с Украиной ситуация та же. Уже тот огромный перепад в экономическом развитии, который несопоставим даже с ранее более отсталой Польшей, совершенно исключает появление Украины в обозримом периоде в ЕС. С ней будут играть, ей будут рассказывать о том, что она соседка, но никто ее не примет.

Владимир Дмитриевич Малинкович поднял очень важный вопрос о внутренней европеизации. Владимир Дмитриевич, естественно, хочет, чтобы было как лучше. Но не будет как лучше. Почему? Сейчас уже архаична модель, которую развивает Украина, эта модель будет стремительно опускать ее вниз, а инновационная модель одной Украине непосильна. Есть затухающие уголья инновационных процессов, без мощной интеграции с какой-то другой научно-технологической силой это все скоро потухнет. И, кстати, нынешняя власть уже это понимает и делает все, чтобы этого не было. Мы знаем множество мер, которые для этого предпринимаются.

Не будет в Украине и демократии. Почему? Демократия — это достояние благополучного, высокоразвитого общества. В обществе отсталом может быть только демократическая порнография. То есть демократии полноценной в Украине отсталой не может быть, в принципе не может быть.

А теперь вопрос: что же делать, если туда не берут, а туда не хочу, вот как в этой ситуации быть? Я считаю, что у Украины есть выход. Украина почему-то относится к интеграции с Россией, как перепуганный котенок к барбосу большому, хотя барбос и не собирается его есть. Считается, что Россия съест Украину. Имейте в виду, что России Украина непосильна, ей и Белоруссия по-настоящему непосильна. Ослабленной России Украина непосильна. Ослабленные Россия и Украина непосильны.

Я был незадолго, за три месяца, до распада СССР председателем комиссии по пересчету товарных потоков между Украиной и Россией на мировые цены. Так вот, имейте в виду: Россия Украине тогда ежегодно давала дотации 16 миллиардов. В нынешних ценах — это около 40 миллиардов. То есть никакого поглощения быть не может.

Поэтому Украина должна не показывать России свое “фе” и терять перспективу, а прагматично просчитать, на каких направлениях должно быть единое пространство. Я считаю, что зона свободной торговли важна. Но имейте в виду, что когда сильная страна, а я это знаю на примере нефти, соединяется со слабой, то растут обе страны. Скажем, США и Мексика. Однако работает “сепаратор”, и “сливки” — в сильную страну, а “обрат” идет в слабую страну. То есть в США идут инвестиции высокотехнологичного наполнения в расчете на высокую зарплату, расчете на высокие технологии, а в Мексику идут инвестиции в расчете на дешевую рабочую силу.

Поэтому при всех временных успехах от зоны свободной торговли в перспективе прогресса ожидать нельзя. Будет лучше, но не настолько, чтобы можно было подняться.

Поэтому я считаю, что интерес для Украины состоит в выстраивании единого с Россией научно-технологического пространства. Россия к этому склонна, и Украине важно это осознать. Единое научно-технологическое пространство, оно, конечно, требует какого-то координирующего органа, поэтому Украине нужно преодолеть страх перед надгосударственными органами. Без этого обойтись нельзя. Единое научно-технологическое пространство России развивается опережающе по сравнению с Украиной. Это видно по фондовому рынку, это видно по венчурному капиталу — когда в прошлом году 4 миллиарда было получено от венчурного капитала и это составило, по подсчетам, только 10 процентов того, что на самом деле было и ушло за границу.

Речь идет о чем еще? Речь идет о том, что пока Украина “пыжится”, Россия формирует единое пространство с Европой. 10 мая состоится уже пятый саммит, посвященный четырем единым пространствам. Среди этих четырех пространств есть и научно-технологическое пространство. Причина в чем? Как Украина с Россией были взаимодополняемы до сих пор, так и Европа с Россией взаимодополняемы.

Европа по-прежнему отстает от России по ряду крупнейших фундаментальных исследований. После того как она стала ссориться с США, исчезли совместные проекты с Америкой, и поэтому Европа потянулась к России в надежде на получение фундаментальных идей и обогащение России передовыми технологиями.

Так вот, Украине важно, как говорится, “подцепиться” к этому “последнему вагону”, потому что пока это формируется без Украины и она останется соседкой, тогда как путь к прогрессу — это путь к единому пространству. Не к единому политическому, не к единому социально-экономическому, не к единому правовому, а только к тому, что выгодно. И это, прежде всего, единое научно-технологическое пространство.

Спасибо за внимание.

Олег ГРАЧЕВ. Спасибо большое, Юрий Николаевич.

Владимир Дмитриевич, ваш вопрос.

Владимир МАЛИНКОВИЧ. У меня несколько вопросов. Юрий Николаевич, не идеализируете ли вы наши отношения с Россией, не видите ли вы приближения кризиса, и прежде всего политического кризиса, в Российской Федерации? Это с одной стороны.

А с другой стороны, заинтересована ли Россия в, как вы говорите, научно-технологическом союзе без союза политического? Не заинтересована ли Россия в политическом союзе и не опасно ли это для Украины? Спасибо.

Юрий ПАХОМОВ. Я отвечаю на первый вопрос. Используя известное классическое выражение, я хочу сказать, что Россия не Украина, и, скорее всего, ту опасность, которая нависает над всем постсоветским пространством, ту опасность она переживет. Как и что, — я не знаю, трудно прогнозировать, но, во всяком случае, даже то, что считается недостатком, — большая склонность к авторитаризму российского народа, несомненная большая склонность, — этот фактор, я думаю, в конце концов сработает. Но это случится, если вождь российского народа не прошляпит, если он предпримет шаги, которые делали бы его не представителем олигархов и не авторитарным лидером, а лидером, который пользуется демократическим признанием.

Мы о демократии говорим, как о чем-то таком, что одинаково для каждой страны. На самом деле в переходной ситуации не может быть одинаковой демократии. И, кстати, когда разваливался Советский Союз, то многие научные светила считали, что СССР не распадется, если сначала будет создан успешный рынок, а потом уже будет внедрена демократия. То есть элементы авторитаризма предопределяются переходным состоянием. Другое дело, что эти элементы могут быть цивилизованными, а могут быть нецивилизованными. Конечно, Украина больше склонна к демократии и шансов на настоящую демократию имеет больше. Но именно то, что в России имеется определенная синхронность между настроением народа и действиями власти, это предопределит сохранение России.

Второй вопрос, который вы задали. Я не исключаю, что Россия заинтересована в политическом союзе. Я этого не исключаю, но дело Украины отвергнуть эти претензии. А что касается научно-технологического союза, то… Года два назад я был участником формирования совместного научно-технологического фонда двух академий — украинской и российской. На решении об этом фонде была подпись Путина. Это, конечно, малый пример, но он в какой-то мере говорит о том, что и Россия нуждается в расширении такого пространства. Она нуждается в том, чтобы научно-технологическое пространство было вместе с Украиной, потому что мы взаимодополняемы. Там преобладают фундаментальные, у нас же преобладают прикладные науки. И в этом смысле мы нужны друг другу независимо от политических нюансов. Мы нужны России именно как успешная научно-технологическая взаимодействующая с ними страна.

Владимир ЛУПАЦИЙ (исполнительный директор Центра социальных исследований “София”, Киев). Никто не будет оспаривать лидерство России в научно-технологическом плане. Но в современном мире инновации есть двух типов, которые подлежат капитализации: научно-технические и социальные, цивилизационные инновации. И если у Украины имеются проблемы с научно-техническими инновациями, то в вопросах цивилизационных инноваций по-моему, у Украины больше шансов, чем у России.

Юрий ПАХОМОВ. Я считаю, что у Украины не больше, а меньше шансов, потому что нынешняя власть идет ускоренно к авторитаризму. Именно поэтому. То есть, если брать природу народа, то, конечно, у Украины больше шансов. Если же брать выкрутасы нынешней власти, то у Украины меньше шансов в перспективе, потому что в России все-таки какой-то прагматизм есть. А тут нет элементарного прагматизма, кроме того, что растаптывается законность и так далее.

Но я согласен с вами, что без модернизации цивилизационных и социальных технологий Россия не поднимется. Почему? Дух господствует над материей. Мы видим, как успешно развиваются страны, где доминирует дух над материей. Тот же Китай. Цивилизационные ценности на данном этапе адекватны успеху. Индия оказалась успешной. Почему? А потому, что способность жить внутренней и духовной жизнью оказалась адекватной информационным технологиям. То есть мы видим, что не голый материализм, а именно цивилизационная сила движет миром. В этом смысле Запад теряет, особенно Соединенные Штаты теряют, потому что там происходит деградация этих ценностей. Мы видим на каждом шагу, что без усиления нравственной, моральной духовной стороны прогресса не может быть.

Олег ГРАЧЕВ. Нет больше вопросов? Далее выступит член Национального Комитета партии Социалистический альянс Румынии Ион Лупан. Пожалуйста.

Ион ЛУПАН (член Национального Комитета партии Социалистический альянс Румынии). Дорогие товарищи, друзья! Наши коллеги из Украины пригласили нас на очень интересный “круглый стол”, потому что хотят посоветоваться с нами. Я лично не могу советовать, входить ли вам в Евросоюз, потому что у нас нет такого опыта.

Я только приведу один пример. При власти коммунистов в городе Тимишоара на западе Румынии работал комплекс по выращиванию свиней на 1 миллион голов. 60 процентов произведенного мяса экспортировалось в страны СЭВ, в том числе в СССР. Взамен Румыния получала газ, технику, энергоресурсы и другие важные для нас продукты. Мы эти связи порвали. Сейчас румыны стремятся, у нас наблюдается психоз массовый, все хотят в Евросоюз. Но о цене вступления никто у нас не говорит, вернее, говорят только о плюсах. Но сможет ли страна развивать в больших масштабах, скажем, свиноводство, как это было при социализме? Судя по информации выступивших сегодня коллег из Греции и Латвии, нас ждут жестокие ограничения.

Несколько слов о НАТО. Наш президент недавно сделал заявление, что наша армия должна рядом с американцами воевать в чужом суверенном государстве. И уже через несколько дней три наших журналиста попали в плен. Этот пример красноречив, по-моему.

Лично я считаю, что мы должны возродить тесные отношения с Россией, другими нашими соседями, с которыми нас связывает одно историческое прошлое, на новом, прагматичном уровне. Но все-таки не забывать и романтику, потому что эта романтика нам помогала жить и строить. И построили мы немало. Да, нужна прагматика, но нужно еще учесть, что у нас специфические черты, в корне отличающие нас от западноевропейцев. В корне, психологически, исторически! Они нам преподают уроки демократии, но их демократия — это большая ложь. И тем не менее они читают нам лекции по морали и демократии. Я заканчиваю, у меня нет подготовленной речи...

Выступаю за создание нового пространства дружбы народов, которые раньше жили вместе, знают друг друга и любят друг друга.

Олег ГРАЧЕВ. Вопросы есть? Вопросов нет.

Тогда предоставляю слово политологу Антону Финько.

Антон ФИНЬКО (политолог, Киев). Глубокоуважаемые коллеги, товарищи! Я хотел бы отметить, что существуют определенные опасности и риски, связанные с евроинтеграционными процессами, и их нельзя не учитывать.

Во-первых, я хотел бы напомнить, что комиссар Евросоюза на вопрос, каковы будут границы Евросоюза, ответил: “В обозримом будущем восточная граница Европейского Союза будет совпадать с западной границей бывшего Советского Союза”. Это означает, что для Украины существует опасность оказаться в двойственном положении — страна не будет в обозримом будущем принята в структуры Европейского Союза, но будет постоянно манить себя перспективой евроинтеграции и поэтому вынуждена будет подчинить всю логику внешней и внутренней политики тем импульсам и руководящим установкам, которые исходят из Брюсселя. Иными словами, она может попасть в положение, когда будет иметь обязанности перед Брюсселем, но не будет иметь прав как член ЕС.

Вторая опасность, вторая угроза, на мой взгляд, состоит в том, что в принципе нам трудно ответить “за” или “против” вступления в ЕС в условиях, когда сам ЕС коренным образом трансформируется. Мы не совсем сейчас понимаем, во что мы собираемся интегрироваться, поскольку нынешний ЕС — это нечто принципиально иное в сравнении с тем, что было еще несколько лет назад. Европейский Союз расширяется, и это расширение уже привело к тому, что количество перешло в качество, сложилась другая структура, и мы не знаем, грубо говоря, куда мы собираемся входить, чем завершится процесс расширения.

Создается впечатление, что и руководители ЕС тоже точно не знают, каковы цели процесса расширения. Если проанализировать высказывания руководства ЕС, то вырисовываются три цели. Первая цель — превращение ЕС в глобального игрока в мировую державу. Если не номер один, то номер два. В связи с этим я хотел бы еще раз процитировать комиссара Евросоюза. Он оправдывал расширение ЕС, в том числе принятие в его состав Польши и Литвы следующим образом. Он задал себе вопрос: “Какую роль мог бы играть ЕС при разрешении кризиса в Украине, если бы Польша и Литва не были членами ЕС?”. Тот факт, что ЕС сыграл большую роль в “оранжевой революции” в Украине, — это прямое следствие расширения ЕС. Таким образом, первая цель, которая ставится в связи с расширением, — это превращение ЕС в глобального геостратегического игрока.

Вторая цель расширения, насколько можно понять руководителей ЕС, — это открытие новых, перспективных рынков на Востоке для того, чтобы направить туда продукцию развитых европейских стран.

И третья цель — это решение демографической проблемы, связанной с тем, что в Европе низкая рождаемость. Путем эмиграции молодежи из восточноевропейских стран руководители ЕС пытаются решить эту проблему.

Все эти цели ЕС связаны, в свою очередь, с определенными угрозами и вызовами.

Стремление играть ведущую геостратегическую роль непременно связана, с одной стороны, с усилением милитаризации ЕС и, с другой, — с его определенной десоциализацией, возможной частичной утратой ЕС своего нынешнего облика сообщества все-таки социальных государств, а не либеральных, таких, как США.

Западноевропейские ученые говорят о трех возможных типах военных операций ЕС в ближайшем будущем.

Первый тип — операции в автономном режиме на основе мандата Совета Безопасности ООН. Второй — это когда ЕС действует в рамках более масштабных и рассчитанных на длительную перспективу миротворческих операций на равных с другими партнерами. И третий — это когда европейские вооруженные силы участвуют на правах младшего партнера США в краткосрочных боевых операциях высокой интенсивности.

Я прошу коллег обратить внимание на то, что из этих трех возможных сценариев лишь один предполагает мандат ООН. А это значит, что будущие европейские оборонительные силы могут принимать участие в военных операциях помимо мандата, который предоставляется Советом Безопасности ООН. Таким образом, европейская политика безопасности и обороны может быть полностью свободна от контроля со стороны международных институтов безопасности и не подчиняться требованиям международного права. На мой взгляд, это достаточно опасная тенденция.

Завершая выступление, хочу подчеркнуть что Украина должна стремиться к евроинтеграции в смысле унификации своих стандартов политической жизни с демократическими стандартами, которые существуют в развитых европейских странах. В то же время, возможно, мы станем свидетелями усиления негативных тенденций в мировой политике, связанных с самой Европой, то есть возможным усилением милитаристских тенденций в ЕС и снижения существующего ныне в рамках Европы социального потенциала.

Олег ГРАЧЕВ. Вопрос Георгия Атаманова.

Георгий АТАМАНОВ (секретарь Центрального Комитета Коммунистической партии Белоруссии). Кто, кроме левых, способен, на ваш взгляд, обратить внимание украинского народа на опасности и риски в случае вступления в НАТО? Вы говорили, что есть еще сила. Назовите ее.

Антон ФИНЬКО. В Украине в осторожной политике, взвешенной политике, политике многовекторности заинтересована также и значительная часть центристских политических сил, которые не хотят конфликта между Украиной и Россией и не стремятся к тому, чтобы Украина превратилась в передовой плацдарм по сдерживанию России.

Олег ГРАЧЕВ. Больше вопросов нет? Следующим выступает Андрей Петрович Филиппов, Компартия Российской Федерации. Пожалуйста.

Андрей ФИЛИППОВ (заведующий международным отделом Центрального Комитета Коммунистический партии Российской Федерации). Уважаемые товарищи! Я хотел бы высказаться несколько о другом, хотя и взаимосвязанном. Я буду говорить о необходимости максимальной интеграции деятельности наших партий в рамках Европы.

В Институте Европы Российской академии наук есть Центр партийно-политических исследований. Регулярно этот центр проводит различные обсуждения. Последнее обсуждение называлось: “Новые левые в современной Европе”. Меня пригласили тоже. Я увидел много знакомых лиц — ученых, которые раньше занимались международным коммунистическим и рабочим движением, а сейчас решили обсудить судьбу новых левых в Европе. Подготовили они тезисы на 8 страницах, всего 19 тезисов. Но в этих тезисах ни слова не сказано о коммунистических партиях в европейских странах. А мы ведь знаем, что во всех странах такие партии существуют, практически ни в одной стране компартии не сошли со сцены политической.

По нашему мнению, коммунистическое и левое движение в мире находится на новом этапе. Трудности, которые были в 90-х годах, в основном преодолены или, по крайней мере, близки к преодолению. Последние годы отмечены активизацией деятельности коммунистических, рабочих и левых партий как на региональном, так и на международном уровнях.

Коммунистические и левые партии восстанавливают двусторонние связи, которые были прерваны. Проходят на постоянной основе многосторонние встречи, конференции, форумы. Представители представленных здесь партий принимают участие в этих регулярных встречах.

Изначально эти встречи носили информативный характер, были местом, где партии могли обменятся мнениями, восстановить прерванные связи. Вскоре они стали приобретать тематический характер, и все настойчивее на них звучит призыв к координации деятельности, большей взаимной информированности, развитию движения солидарности.

Новые проблемы, а это глобализация, негативные последствия европейской интеграции, рост агрессивности империалистических сил во главе с США, породили новые формы массовых протестных движений с участием коммунистов.

Компартии принимают активное участие в антивоенном движении, которое возродилось в связи с агрессией США против Ирака и приобрело впечатляющие масштабы. Я думаю, что после движения солидарности с Вьетнамом такого размаха антивоенного движения не было.

Самое главное на данном этапе — закрепить эту антиамериканскую, антиимпериалистическую направленность. И вместе с тем придать новый импульс этому движению. Кроме как коммунистов этот импульс вряд ли кто может придать. Нужно выработать такие лозунги, которые могут быть представлены только коммунистами и никакими другими силами.

Международные контакты нашей партии, участие ее представителей в различных международных и региональных встречах, в съездах братских партий, беседы с их руководителями позволяют сделать вывод о том, что одной из самых основных тенденций в коммунистическом движении является стремление к единству действий, координации усилий в совместной борьбе ради достижений поставленных целей.

Например, в прошлом году прошла по инициативе наших товарищей из Чехии встреча представителей десяти европейских партий. И вот сейчас, буквально через два дня, там же в Праге будет проходить очередная встреча коммунистических и левых партий ЕС. Наверное, очень правильно, что в рамках этих встреч не только проходит обмен мнениями, но уже предпринимаются попытки формировать проблемные группы. Сегодня наш товарищ из Греции сказал о том, что очередная встреча коммунистических и рабочих партий состоится в Греции, по всей вероятности, осенью, причем предполагается заблаговременно провести встречу подготовительной группы с тем, чтобы выработать тематику, поговорить о возможных документах и так далее.

Таким образом, тенденция к единству, к координации деятельности продолжает набирать силу. И это проявляется не только на европейском континенте.

Вот уже в девятый раз в Мехико проходил международный семинар “Партия и общество”. В работе этого семинара принимают участие до 77 различных коммунистических, левых и левоцентристских партий со всей Латинской Америки. Это прекраснейшая возможность для того, чтобы познать процессы, которые происходят в Латинской Америке, и рассказать о том, что происходит у нас, в наших партиях.

Я хотел бы обратиться к нашим товарищам из Украины, Молдовы, Белоруссии. В следующем году пройдет уже десятый такой семинар. И наши мексиканские друзья очень хотели бы, чтобы партии стран СНГ, по крайней мере те, которые я назвал, приняли участие в семинаре.

Что касается азиатского континента, то неоднократно наши индийские товарищи ставили вопрос о необходимости координации деятельности и встреч партий на различных уровнях. И те два съезда, которые в Индии прошли, показали, что и на азиатском континенте есть предпосылки для координации деятельности братских партий.

Одним из важных направлений могла бы быть активизация нашего участия в деятельности во многом забытых в России, да, наверное, и в Украине и многих других странах, международных демократических организаций. Между тем Всемирный совет мира по-прежнему действует, проводит очень интересные мероприятия. Действуют и Всемирная федерация демократических женщин, и Всемирная федерация профсоюзов.

Пожалуй, только наш комсомол, по крайней мере Украины и России, вернулся во Всемирную федерацию демократической молодежи, участвует в ее деятельности. Иногда приходится слышать: а что, всемирные фестивали молодежи и студентов проводятся, или нет? Конечно, проводятся. Очередной фестиваль состоится летом этого года в Венесуэле.

Я еще раз хотел бы подчеркнуть, что вот эту тенденцию к интеграции нашей деятельности, даже координации нашей деятельности мы должны всячески поддерживать. И, несмотря на наши проблемы, на наши иногда финансовые трудности, все-таки изыскивать возможности для того, чтобы участвовать в тех мероприятиях, которые проводятся братскими партиями. Это даст нам неоценимый опыт. Потому что ряд проблем, с которыми сталкиваемся мы в России, Белоруссии, Украине, Молдове, во многом для наших товарищей в зарубежной Европе известны больше. Это и работа с профсоюзами в условиях буржуазного общества, и поиск союзников, и целый ряд других проблем, с которыми мы столкнулись лишь в последние 10 — 12 лет, а наши товарищи за рубежом знают их на протяжении десятилетий. Конечно, поучиться у них есть чему.

Спасибо за внимание.

Олег ГРАЧЕВ. Спасибо, Андрей Петрович.

Может, вопросы есть? Нет. Тогда движемся дальше. Слово просит Вацлав Юмр, Коммунистическая партия Чехии и Моравии. Пожалуйста.

Вацлав ЮМР (член Центрального Комитета Коммунистической партии Чехии и Моравии). Спасибо, товарищи, за предоставленное слово! Очевидно, вы знаете, что моя страна стала членом ЕС год назад. К тому времени экономическая ситуация в Чехии была неблагоприятной вследствие проведения реституции и приватизации. Госсобственность была распределена, часто несправедливо, между частными собственниками. Наихудшим способом приватизации следует признать тот, где участвовал иностранный капитал. Сегодня уже 70 процентов нашей промышленности находится в руках иностранного капитала, государство практически потеряло контроль над национальной экономикой. В результате 80 — 90 миллиардов чешских валютных единиц вытекает из страны. Все это негативно сказывается на состоянии здравоохранения, системы образования, системы пенсионного обеспечения. При социализме люди выходили на пенсию в 60 лет или в 57 лет, а с двумя детьми даже раньше. Теперь у нас возраст выхода на пенсию — 62 года для мужчин и 60 — для женщин. Мы боимся, что этот потолок будет поднят до 65 лет. Теперь в государственном бюджете предусматриваются немалые расходы на поддержку безработных, причем безработица вследствие капиталистических трансформаций составляет около 10 процентов по стране в целом, а в некоторых регионах даже более 20 процентов.

Я хочу вам сказать, что никто не может полагаться на помощь Европейского Союза в решении названных выше проблем. Если само государство их не решит, то Евросоюзу плевать, является ли государство членом ЕС или нет.

Наша партия определила отношение к вступлению в ЕС на своем съезде в декабре 1999 года. Мы видим евроинтеграцию как высший этап сотрудничества равных партнеров в области технологий, передачи опыта, а не как полную либерализацию и открытие границ. Некоторые же страны-члены Евросоюза хотят создать супергосударство, надгосударство и в этих целях даже подготовили проект европейской конституции.

Вы знаете, что каждый член Евросоюза должен платить членские взносы в общий бюджет ЕС. И может произойти так, что вы будете получать значительно меньше для своей страны из бюджета ЕС, чем вы в него вкладываете. А Евросоюз оказывает финансовую поддержку не всем, а только перспективным проектам.

Я хотел бы упомянуть об иллюзиях, возникающих при вступлении в Евросоюз. Даже в моей партии некоторые люди считают, что капиталистический характер ЕС может измениться изнутри. Но большинство членов партии считают это очень опасной иллюзией. Сравним: из 730 членов Европарламента только 41 депутат принадлежит к европейским объединенным левым. Могут ли они изменить капитализм изнутри, через Европарламент? И, более того, ряд статей проекта Европейской Конституции подчеркивают полномочия Еврокомиссии как исполнительного органа, а не Европарламента. То есть это демократия иллюзорная, что нас озадачивает очень сильно.

Нас озадачивает также позиция Евросоюза в военной сфере. Евросоюз хочет стать в военном отношении таким же сильным, как НАТО, и потому намерен создать так называемые “европейские силы быстрого реагирования”. Да, к тому же, подавляющее большинство членов ЕС являются одновременно членами НАТО. А НАТО полностью контролируется Соединенными Штатами Америки.

Мы глубоко убеждены, что НАТО должна быть ликвидирована. Это — необходимая предпосылка для сохранения глобального мира.

Спасибо.

Олег ГРАЧЕВ. Вопросы, пожалуйста.

Участник “круглого стола” (не представился). Вы сказали, что 70 процентов промышленности Чехии находится в руках иностранного капитала. Не могли бы вы уточнить, чей капитал превалирует — немецкий, американский?

Вацлав ЮМР. Большинство промышленности в руках немецкого и американского капитала, но есть и французский и капитал других западноевропейских стран.

Участник “круглого стола” (не представился). Одна из самых острых проблем, связанных с падением экономического производства в Украине, состоит в том, что, по разным оценкам, около 7 миллионов наших граждан вынуждены выехать на заработки в Грецию, Италию и другие страны. Очень большое число наших людей трудится у вас. Я хотел бы, чтобы Вы коротко, если можно, охарактеризовали, какая ситуация сложилась у вас для этих граждан, потому что наша страна сегодня не способна защитить их интересы и права.

Вацлав ЮМР. Насколько я знаю, с большинством украинцев, которые работают в нашей стране, обращаются ужасно. Многие из них на основе краткосрочных контрактов без никакой страховки просто получают деньги в конвертах, и, конечно же, их зарплата намного меньше, чем у наших работников. Это все по-капиталистически, как говорится.

А иногда капиталисты просто обманывают мигрантов. Вот пример из моего района. Украинские рабочие прокладывали телефонный кабель, не имея разрешения на работу и вообще на пребывание в стране. Хозяин пригласил полицию, когда они закончили работу, и полиция пришла и выдворила их из страны.

Мы также знаем, что эти люди расселяются в маленьких комнатах по десять человек и эксплуатируются теми, кто предоставляет им жилье. Украинские рабочие стоят в воскресенье в условленных местах и ждут, пока придет наниматель и наймет их. И это наводит меня на мысль, что наши партии должны играть более активную роль в защите иностранных рабочих в других странах.

Олег ГРАЧЕВ. Спасибо. Нет больше вопросов? Нет.

Слово предоставляется Фесенко Владимиру Вячеславовичу, он представляет Центр политических исследований. Пожалуйста.

Владимир ФЕСЕНКО (председатель правления Центра политических исследований, Киев, кандидат философских наук). Для меня как политолога представляет интерес сопоставить позиции коммунистических партий стран Центральной и Восточной Европы — как вступивших, так и не вступивших в Европейский Союз. И вот с этой точки зрения несколько впечатлений от уже состоявшейся дискуссии.

Первое впечатление. Выступления представителей различных стран демонстрируют достаточно большой диапазон отличий в оценках европейской интеграции, ее вызовов. Вроде бы партии идеологически близкие, относящиеся к одному политическому сегменту, а различия достаточно большие.

Чем, на мой взгляд, можно объяснить эти различия? Одна причина вполне очевидна — компартии, представленные на встрече, действуют в разных условиях, им приходится сталкиваться с разными ситуациями и, естественно, вырабатывать разные стратегические и тактические установки. Мне кажется, что те отличия, которые здесь проявились, отражают отсутствие в коммунистическом движении единых идеологических и методологических принципов оценки евроинтеграции. Как быть с этой проблемой?

Один рецепт разрешения проблемы сегодня уже назывался, причем неоднократно. Речь идет о необходимости координации позиций и действий компартий различных стран по отношению не только к европейской интеграции, но и в целом ко всей совокупности проблем, которые касаются левого движения в целом и коммунистического в частности.

Ввиду этого, мне кажется, компартиям нужно искать новый формат всего организационного взаимодействия. Ситуация выглядит, на мой взгляд, человека со стороны, несколько необычно. Есть Социнтерн, есть правая Европейская народная партия. А теперь назовите мне подобное объединение, которое включало бы в себя европейские компартии, а может быть, и не только европейские...

В свое время именно коммунистическое движение было родоначальником интернациональных форм объединения рабочего движения. Сейчас же, когда весь мир сталкивается с вызовами глобализации, в том числе и рабочее движение с ними сталкивается, одних лишь двусторонних и даже многосторонних встреч уже мало.

Если уже появляется антиглобалистское движение, которое по своему характеру во многом является левым, хотя там доминируют анархические тенденции, то коммунистам грех отставать в этом плане. Может быть, хорошо забытое старое нужно вспомнить для того, чтобы придать ему новый импульс, поставить его на новый фундамент организационный?

Мне представляется, что европейские коммунисты нуждаются также в выработке некой левой альтернативы европейской интеграции. Можно ссылаться на классическую
работу Ленина “О лозунге Соединенных Штатов Европы”, но сегодня этого уже мало. И вот тут возникает целый ряд проблем. Я только коротко, тезисно их коснусь.

Ближе всего коммунистам, левым партиям позиция евроскептицизма и еврокрититизма, что сегодня здесь неоднократно уже проявлялось. Но ведь есть сферы, где полезно использовать существующий формат Европейского Союза. Это касается, например, социальных стандартов, трудовых стандартов. У нас ведь нынче модно говорить о европейских социальных стандартах и о необходимости реализации их в Украине.

Следующая проблема, более болезненная, более сложная, — это выработка какой-то общей, а если не общей, то хотя бы скоординированной позиции, скоординированной реакции на вызовы миграционные. Все знают о результатах референдума во Франции по европейской конституции. Одна из причин роста евроскептических настроений во Франции связана как раз с миграционными вызовами.

Мы в Чехии бывали с коллегами и в прошлом году, и в этом, и неоднократно слышали высказывания о том, что происходит очень интересная миграция рабочей силы. Из Чехии квалифицированные работники, например медсестры, едут работать в страны старой Европы, на Запад. Кем замещать их? Надо брать людей из менее развитых стран, которые чуть позднее вступили в ЕС, либо из стран, которые не являются членами ЕС, но граничат с этими странами. Скажем, из той же Украины. Что и происходит в действительности.

Я думаю, что такие проблемы нужно отслеживать и искать общие знаменатели для совместного реагирования

Еще одна проблема. Многими в Украине ЕС рассматривается в качестве некоего демократического щита от возможного наступления авторитаризма и других негативных явлений. Такие опасения были при Кучме, есть они и сейчас, о них все чаще и чаще говорят. И с этой точки зрения ЕС рассматривается как некое сдерживающее начало, европейцы, мол, своими демократическими стандартами будут влиять благотворно на ситуацию в нашей стране.

Приведу конкретный пример из жизни других стран, весьма поучительный и для Украины. Скоро в состав ЕС должны принять Румынию и Болгарию. Одним из условий приема Евросоюз выдвинул соблюдение прав национальных меньшинств. В Украине в этой сфере также существуют проблемы, которые ни старая власть не решила, ни новая не хочет решать. Председатель одного из комитетов Верховной Рады, насколько мне известно, заявил: “А зачем нам защищать права национальных меньшинств? Это противоречит национальным интересам Украины”. В этих словах явно проявляется этнический национализм. Евросоюз мог бы не только потребовать, но и проконтролировать соблюдение демократических стандартов прав национальных меньшинств в нашей стране.

И последнее. Мало критиковать евроинтеграцию, тем более огульно критиковать. Нужно искать позитивную альтернативу. С этой точки зрения мне представляется заслуживающим особого внимания выступление академика Пахомова. Его идею создания единого научно-технологического пространства с Россией не следует отбрасывать с порога. Действительно, есть опасность, что мы можем стать этаким младшим братом, а то и сателлитом. Но, как бы там ни было, необходим поиск общего интереса с Россией, и в частности в воссоздании единого научного и образовательного пространства.

Олег ГРАЧЕВ. Спасибо, Владимир Вячеславович. Вы затронули очень интересные проблемы. Однако реализовать, например, ваше предложение использовать европейские стандарты у нас в стране не так просто. Скажем, Украина подписала на Европейскую социальную хартию. Фракция коммунистов уже много раз требовала на Согласительном совете в Верховной Раде: ставьте на ратификацию, потому что мы очень отстаем, трудящиеся совершенно не защищены. Но этот вопрос никак не продвигается.

И по поводу миграционных процессов. Да, чешские медсестры уезжают на Запад, а наши их заменяют. Так называемая замещающая миграция приобрела характер мировой тенденции и, как проблема, уже начинает осмысливаться учеными и политиками.

Может быть вопросы есть? Нет.

Следующим выступает Александр Голубов, председатель фракции Соцпартии Латвии в Сейме Латвийской Республики, секретарь ЦК Социалистической партии Латвии. Пожалуйста.

Александр ГОЛУБОВ (секретарь Центрального Комитета Социалистической партии Латвии, председатель фракции СПЛ Сейма Латвийской Республики). Спасибо за возможность выступить! Я хочу разделить тему евроинтеграции на три части. Первая часть — это интеграция в Европейский Союз. Вторая часть — это экономическая интеграция и сближение экономических показателей различных государств Европы. И третья — это интеграция левого движения.

Если мы коснемся последней части — интеграции левого движения, то я тут вижу, что без каких-то сближений мнений, какой-то координации действий левого движения мы вряд ли добьемся в Европе реальных результатов. Об экономической интеграции и сближении экономических показателей различных стран можно говорить очень долго. Я этой темы касаться не буду, а остановлюсь на первой части — на вступлении в Европейский Союз. И на опыте нашего государства расскажу о тех мотивациях, которые были у нас перед вступлением в ЕС.

Основным выдвигался мотив, что Латвия будет получать финансовую помощь, финансовые вливания от Европы. И, как говорили наши правящие, дай нам Бог переработать те деньги, которые нам Европа даст. Реальности оказались совершенно иными. Во-первых, Латвии приходится платить 3 процента своего ВВП в бюджет ЕС, и дай Бог получить обратно те же деньги. То есть практически мы уже начинаем терять.

Второй мотив — появятся новые рынки, вся Европа будет перед нами, будет свободная торговля. Но мы же прекрасно знаем, что никто на рынке своего места другому не уступит, особенно в условиях, когда уровни развития экономик государств старой Европы и тех, кто вступил в ЕС сейчас, значительно различаются. С тем производством, которое было у нас, мы конкурировать на европейском рынке во многих областях практически не можем. То есть налицо второй миф.

Третий мотив вступления в ЕС — в этом случае мы будем иметь гарантии экономической и политической безопасности. Что касается экономической безопасности, то ЕС делает все для того, чтобы экономика у нас в большинстве случаев не сохранилась, потому что в Европе хватает своей продукции и им не нужна наша экономика, им нужны рынки сбыта. Особенно крупным, крепким государствам, таким, как Германия, Франция.

Следующий мотив: появится широкий, огромный европейский рынок труда. Да, он появился, он действительно появился, наши люди, особенно молодежь и особенно та молодежь, которая получила образование, получила квалификацию, действительно едет на этот рынок и начинает работать там. Но в то же время наше государство недополучает те доходы по налогам, которые могли бы получить, в случае если бы молодые люди, и не только молодые, работали у себя на родине и платили налоги. Учитывая, что выезжают люди работоспособного возраста, мы движемся к ситуации, когда на одного работающего будет двое нуждающихся в опеке. А это проблема пенсий, пособий и социальной помощи.

Очередной мотив, который выдвигали наши правящие, — что мы улучшим социальную ситуацию, поднимем благосостояние населения. Это оказалось опять-таки блефом, потому что Евросоюз четко и ясно сказал: “Вся социальная сфера — ваша”. Ни копейки в эту сферу они никогда не давали и давать не будут. И получается, что у нас даже минимальная зарплата ниже прожиточного минимума, а минимальную зарплату у нас, по последней статистике, получают около 20 процентов работающих. И получается, что социальная ситуация не улучшилась.

Ну и, наконец, о евроконституции. Многие из присутствующих, возможно, даже не видели ее. А я прочитал очень внимательно. Эта конституция устанавливает жесткий диктат центра, жесткую централизацию власти с обязательным выполнением тех условий, которые будут даны из центра.

Таким образом, Европейский Союз — это не союз государств, который направлен на то, чтобы улучшить жизнь тех, кто живет в этих государствах, а союз, который создан для того, чтобы, объединив европейские капиталы, получать сверхприбыль за счет этого объединения. И то, что эти капиталы объединяются, приводит к тому, что все больше и больше эксплуатируется человек работающий.

Передо мной выступал коллега, который заявил, что Европа — это европейская демократия. О какой демократии вы говорите? Анализируя складывающиеся у нас ситуации, мы ясно видим двойные, тройные стандарты, которые применяет Европейский Союз к той же Европе. Если пару лет назад, когда в Белоруссии проходили выборы, основная претензия Евросоюза заключалась в том, что в Белоруссии практиковалось предварительное голосование, то недавно, когда у нас проходили местные выборы и голосование началось за три дня до выборов, нам таких претензий не предъявлялось.

Еще о двойных стандартах. Во всех государствах Европы действуют коммунистические партии. Кроме Латвии, Эстонии, Литвы. Здесь они запрещены. Где же европейская демократия? Евросоюз, оправдывая это надругательство над политическими правами людей, успокаивает нас: государство, мол, может ввести такой запрет, но ненадолго. Не уточняя, на какой срок. Так вот, наши “демократы” этим пользуются.

Мы подали иск в Конституционный Суд, добиваясь снятия запрета бывшим членам партии, которые работали в партии, баллотироваться на местных и парламентских выборах. У нас под этим предлогом просто-напросто автоматически вычеркивают людей из избирательных списков.

Следовательно, говорить о том, что в Евросоюзе существует реальная демократия, мы не можем и никогда не сможем, пока ЕС будет служить не народам Европы, а корпорациям европейским, глобальным, чтобы они продолжали получать сверхприбыли. Спасибо.

Олег ГРАЧЕВ. Спасибо. У кого какие вопросы? Нет вопросов? Прошу к выступлению Георгия Атаманова — секретаря ЦК Компартии Белоруссии.

Георгий АТАМАНОВ. Уважаемые товарищи! Вопрос, который мы сегодня обсуждаем, можно решить правильно только в том случае, если занять ленинскую принципиальную позицию: кому это выгодно? Выступившие сегодня представители братских партий убедительно, на мой взгляд, показали, что создание и вся деятельность ЕС и НАТО выгодна капиталистам, но не народам стран-участниц.

Мы в Белоруссии давно это поняли. Поэтому, не оглядываясь ни на Восток, ни на Запад, белорусы самостоятельно стали определять свою собственную жизнь, полагаться на самих себя, на собственный труд и собственный ум.

За это нас критикуют, расходуют огромные деньги для того, чтобы “оказать нам помощь” в так называемой демократизации. Мы, кстати, в этом не нуждаемся, а что касается помощи, то мы благодарны тем, кто эту помощь оказывает. В минувшее воскресенье, например, на литовской границе был задержан очередной гражданин, который вез 200 тысяч долларов для оппозиции. Самое интересное, что деньги совершенно новенькие, в упаковке, ни разу нигде не использовались.

Однако вернусь непосредственно к теме “круглого стола”. Что касается позиции белорусских коммунистов по обсуждаемому вопросу, то мы исходим из того, что принципиальный спор между капитализмом и социализмом, под знаком которого прошел весь XX век, не завершен. Капиталистическое общество обречено, так как является обществом, где материальное и духовное производство подчинено одному — извлечению максимальной прибыли. Поэтому расчеты на то, что в результате вхождения в объединенную Европу улучшится жизнь народов, оказались просто-напросто мифом. И мой коллега Александр Голубов убедительно об этом говорил, и другие товарищи из стран, вступивших в Евросоюз.

Оставаясь на классовых, марксистско-ленинских позициях, мы должны четко себе представлять: капитал объединяется с одной-единственной целью — для усиления эксплуатации пролетарских масс с целью получения максимальной прибыли. Вот почему мы и не стремимся в Европу. У нас есть другой союз — союз с Россией. Да, не все в союзе складывается так, как нам хотелось бы. Но мы, коммунисты двух стран, друг друга понимаем, и недавний Второй съезд народов России и Белоруссии, а также XXXIII съезд СКП — КПСС подтвердили правильность нашего выбора.

Мы знаем, что народы России и Белоруссии находятся разъединенными потому, что определенные круги российского руководства не готовы сегодня объединяться, поскольку их понимание сути объединения состоит совсем в другом.

В заключение своего выступления хотел бы поддержать высказанное участниками “круглого стола” мнение, что процессы глобализации и евроинтеграции требуют координации и объединения усилий коммунистических партий, чтобы совместно противостоять наступлению капитала. Надо покончить с разобщенностью международного коммунистического и всего левого движения.

Спасибо.

Олег ГРАЧЕВ. Спасибо за ваше интересное и искреннее выступление. Есть ли вопросы? Нет вопросов. Предоставляю слово Александру Петкову, Партия коммунистов Республики Молдова.

Александр ПЕТКОВ (руководитель информационно-аналитического отдела Центрального Комитета Партии коммунистов Республики Молдова). Уважаемые товарищи! Наша партия пришла к власти во второй раз подряд на лозунгах евроинтеграции и модернизации страны. Выдвигая эти лозунги, ПКРМ исходила из того, что серьезная политическая партия должна выражать чаяния своего народа. Так вот, по всем социологическим опросам, от 60 до 80 процентов населения Молдовы поддерживают идею европейской интеграции.

Однако евроинтеграция для нас, коммунистов, не есть самоцель. Мы были и есть первая и единственная партия в стране, которая откровенно сказала народу, что для нас евроинтеграция — это не похождения с флагами Европейского Союза по улицам, не разбивка палаток, раскрашенных в евроцвета. Для нас это конкретная работа.

Для нас это также выбор, или, вернее, поиск альтернативы. Мы не можем не считаться с тем, что на учредительное заседание руководителей государств-участников Единого экономического пространства Молдова даже не была приглашена, что за два дня до того, как мы приехали сюда, российские власти в одностороннем порядке объявили эмбарго на поставку нашего мяса в Россию, что Россия все время повышает цены на энергоносители, что мы получаем газ по той же цене, по которой его получает Германия. Поэтому мы ищем альтернативу.

Европейская интеграция для нас — это еще и поиск путей внутренней интеграции. Молдова на протяжении веков была объектом интеграции. Мы же поставили целью, чтобы Молдова стала субъектом интеграции. На основе европейских ценностей мы способны консолидировать общество и думаем, что нам удастся интегрировать страну. Не нам судить, правильно ли мы сделали эту ставку, поторопились ли мы или нет. Хочу только сказать, что мы единственная коммунистическая партия в Европе, которая побеждает на выборах, причем два раза подряд, и является правящей партией.

Не столь легко, говорю это как участник избирательного штаба Партии коммунистов, было выиграть недавние выборы в условиях массированной иностранной интервенции. Мы выдержали этот экзамен. В предстоящие четыре года собираемся ак